Розовые розы и зеленый мармелад

И в сумерках, на фоне мерно и так торжественно поблескивающих звезд, здесь звучала музыка. Снаружи ее, конечно, никто не слышал, но она была, была! Каждый раз новая и каждый раз удивительно красивая.

...И вот сейчас Звездная Будка, с ее бесконечными мирами, казалась айсбергом. Маленьким и невесть откуда попавшим на одну из аллей старинного парка. Только зимой книги-рассказчики оставались одни и потому отдыхали. Спали целыми сутками. Некоторые — те и вовсе впадали в спячку до весны. Другие же, проснувшись, рассказывали друг другу свои сны.

И мечтали, мечтали — вот придет весна, а с ней тепло и люди. Конечно же.

Ходили упорные слухи, что кто-то сумел дозвониться в одну далекую, далекую галактику. Кому, зачем — так и осталось тайной. Но ведь ответили...

Главы 3, 4 и 5-я

Глава третья

— Это там, где можно позвонить на звезды?

— Ну, конечно!

— На вот эти, пряничные, что ли? — ехидно прищурился Владик. — Аппчххи!

— Будь здоров! Почему на «пряничные»? На самые настоящие. Бету Ориона, Ригель или Альфу Центавра.

Или Сириус... куда захочешь. Да хоть в Крабовидную туманность. Правда, там никак не выберут нормального оператора и потому связь неважнецкая. Даже номера порой путает. Ой, — тут Анфиса поняла, что проболталась. Нечаянно, да.

Владик во все глаза смотрел на нее.

— Ты можешь позвонить в любую галактику, даже самую-самую далекую! Позвонить и дозвониться, — догадался Владик.

Анфиса улыбнулась. А потом рассказала, как в одну из майских ночей не утерпела — просочилась в Звездную Будку. Дрожащей от волнения лапой набрала заветный номер.

«Альфа Ориона» и еще семь цифр и пять букв. Всего двенадцать символов. Набрала — и затаила дыханье. Немного послушала оглушительную тишину космических пространств, а после — нестройное пение далеких звезд. Вздохнула и повесила трубку. «Опять никого нет дома. Попробую в другой раз», решила Анфиса. Ей было очень, очень грустно. Но другого раза до самой зимы как-то не случилось. Почему? Ответ на этот вопрос известен лишь Великому и Ужасному Создателю Звезд, Небоскребов и Помоек. Ему одному и никому более.

— Кру-уто! А какая твоя заветная мечта? Самая-пресамая?! — единым духом выпалил Владик. Ему хотелось услышать что-то потрясающе фантастическое, странное и чудесное. Он приготовился «удивляться на всю катушку», как любила говорить бабушка. «Ответит — не ответит, ответит — не ответит?», скакали его мысли.

Анфиса ответила.

— Только не смейся, ладно? Я мечтаю покататься на трамвае. Днем и вечером, летом, весной и осенью.