Розовые розы и зеленый мармелад

да еще нагло на тебя шипит. Словно это его дом, а ты незваный туда вломился... ну, нет! Это уж слишком!

— А что такое? — не поняла мама.

— Ничего, мам. Все нормально.

Родители переглянулись.

— Ладно. Пытать мы тебя не будем, — сказал папа. — Захочешь, сам потом все расскажешь. Если захочешь, конечно.

— Угу, — буркнул Владик.

Настроение было испорчено. Полностью...эх. Надо срочно что-то придумать. Вот срочно!

Он зашел в свой «кабинет» и выглянул в окно. Шел тихий снег. Далеко внизу, между машинами и деревьями, кустарниками и фонарями, деловито сновали какие-то белые полупрозрачные фигуры с метлами в руках.

Владик взял с полки дедушкин полевой бинокль. Ну-ка, ну-ка! Увиденное его поразило. Прохожие почему-то не замечали этих, с метлами. Даже птицы и собаки не обращали на них никакого внимания. Так, словно те, с метлами, и впрямь были невидимыми. И люди, и птицы, и звери даже проходили, пролетали, пробегали... сквозь них. Абсолютно ничего не замечая, абсолютно! «Но ведь я-то их вижу», подумал Владик.

«Значит, они есть. Стоп! Но ведь я и с Анфисой разговариваю? Разговариваю. И что теперь?» Он задумался. Хорошо, что он не проболтался папе — не похвастался знакомством, угу. «Представляю, что было бы. Почему, ну почему, когда родители — врачи, они все время норовят тебя лечить? От чего угодно — лишь бы спасти! Им, что, на работе больных не хватает? Ладно, пусть лечат. Но к Настиной маме я не пойду. Ни за какие коврижки! Я так решил — и точка!» Еще Владик понял: ему необходимо посоветоваться с Анфисой. Она как раз сегодня придет, она обещала. А, значит, все будет хорошо. Просто замечательно, вот как будет!

А пока он сделает еще кое-что. Хотя бы попытается, что ли.

...Владик лежал в своей комнате — на полу, возле окна. С любимой подушкой под головой и любимой книгой в руках. С очень несчастным, но решительным видом. Лист ватмана, как одеяло, укрывал его. Коты, с отсутствующим видом, сидели у него в ногах.

— Та-ак. Так-так-так, — сказал папа. — Ира-а!!! Иди-ка сюда.

Мама тут же возникла в дверном проеме и всплеснула руками.

— Боже мой! Ребенок простудится! Владик, пожалуйста, встань с пола, он холодный, а ты недавно болел. В этом доме просто жуткие сквозняки, — со вздохом, пожаловалась она. — Не балуйся, вставай!

Владик закрыл глаза и упрямо помотал головой. Суровый и очень решительный, вот!

— Он не встанет, — улыбнулся папа. — Это пикет.

— Что-оо?!

— Наш сын бастует. Да-да-да! Причем, со всеми удобствами.

— Миша, тебе бы все шутки шутить.