Розовые розы и зеленый мармелад

ужас! Черная акула — самая хитрая или самая трусливая — отстала от остальных и потому уцелела. Злющая, черная тварь нависла над Анфисой. А та, сжавшись в комок, припала к полу, будто хотела слиться с ним или провалиться сквозь него. Исчезнуть — и поскорей! Глаза Анфиса крепко зажмурила, поэтому не видела, что акула открыла пасть. Зубов там было устрашающе много.

«Добежать? Не успею», подумал Владик. И закричал:

— Тупая ты рыба! Я больше и вкусней. Меня сожрать — слабо? Слабо?! Дура ты дурацкая!

Он кричал и кривлялся: выпучивал глаза, надувал щеки, показывал язык, свистел, топал ногами и угрожающе хохотал.

Лишь бы отвлечь от Анфисы зубастое чудовище. Отвлечь, а там... там видно будет.

Акула явно понимала человеческую речь. Она замерла, изогнулась и дернула хвостом. Будь здесь вода, наглого мальчишку обдало бы с ног до головы. Мокрая еда — вкуснее. Но тут, на чердаке, ей выбирать не приходилось. Увы!

— Что, струсила?! Х-ха-хаа! Я тебя убью, отнесу маме, она пожарит тебя с луком. Папа говорил: акулье мясо сухое и невкусное.

Но я тебя все равно съем, как раз и проверю. О-бя-за-тель-но! Страшно тебе, да?! да?!

И акула не выдержала. Эту белую мелочь она еще успеет съесть. Впереди — добыча получше. Она заставит замолчать наглого мальчишку! Акула распахнула пасть и бросилась на своего обидчика. Она трижды его атаковала — и трижды уходила от ударов. Она прокусила ему левую руку. Она изворачивалась, вертелась и била хвостом. Словом, одна стоила уничтоженных им прежде девяноста девяти — и чуть не победила.

Владик уже с трудом держался на ногах, его шатало. Больше всего ему хотелось лечь на пол и закрыть глаза — чтобы через минуту оказаться дома. В своей комнате, в своей кровати. Там, где акулы «живут» только на картинках, фотографиях и на экране ноутбука. Смотреть на них так весело. И так... безопасно.

Даже сейчас он мог убежать. И пусть черное чудовище ловит здесь кого-то другого, пока не лопнет от злости. Если бы не Анфиса, которая в страхе ожидала исхода боя. Нет, акула, тебе ее не сожрать! Собрав последние силы, мальчик размахнулся и ударил по спине чудовища.

И еще раз, и еще... Маленькие злые глаза брызнули алыми искрами, тело акулы распалось на куски. Коснувшись пола, они растеклись по нему черными лужицами. Как машинное масло. А через минуту — растаяли и они. Кончено! Ура...ура.

Владик сел прямо на пол. Сил у него почти не осталось. Свое грозное оружие, со следами акульих зубов, он положил рядом. Очень бережно положил.