Розовые розы и зеленый мармелад

Уже принявшая свой нормальный размер. На ее белую шерсть, танцуя, опускались снежинки.

— Привал! — весело закричала она и добавила: — У нас пять минут. И отдохнешь, и простудиться не успеешь.

— Кактыэтоделаешь?! — выпалил Владик, едва его ноги коснулись крыши. Твердая опора, уфф, даже не верится.

— Да не знаю. Как-то само собой получается, — хихикнула Анфиса, разводя лапами. — А что? Ты дважды спас меня от акул, а я тебя от Электрических Обитателей потолка. Для друзей это норма — время от времени спасать друг друга.

...Они стояли на крыше и смотрели на звезды. Прямо над их головами сверкал Орион. Огромный, занимающий полнеба. Величественный. И такой таинственный, думал Владик. Эх, попасть бы туда. Хоть на минуту-другую. Но лучше на день-другой, конечно.

— Представляешь, какая досада, — первой нарушила молчание Анфиса, — я туда так и не дозвонилась.

— А ты звонила в правильный день?

— Ну, конечно же! Да! Ох-х.

Владик задумался.

— Наверное, никого дома не было, — сказал он. — И мобильники забыли взять.

Или те разрядились.

— Наверное...

— А как — там? Расскажи, а? Ну, пожалуйста!

— Там — очень красиво, — вздохнула Анфиса. — Я тебе потом когда-нибудь расскажу.

— Обещаешь?!

— Обещаю.

— Поклянись! Самой страшной клятвой!

Анфиса неожиданно погрустнела.

— Самой страшной нельзя. Она ведь и сбыться — охх! — может. Так что просто верь мне, верь! Пожалуйста — верь!

И Владик, в очередной раз, ей поверил. Круто, очень-очень круто! Жаль, рассказать никому нельзя. Да и некому пока что.

Разве что, бабушке. Нет, и ей нельзя.

Далеко внизу шли или бежали прохожие, кутая лица в теплые шарфы. Им, спешащим по своим делам, было невдомек — что под крышей этого странного дома, напоминающего гигантскую ёлочную игрушку или головоломку, сейчас происходят настоящие чудеса. А вот Невидимые Белые Дворники — все-все знали. Но рассказать никому и ничего, конечно же, не могли. Поэтому они просто улыбались и мели, мели, мели все прибывающий снег. Выстроившись в ряд и поодиночке.

Порой они останавливались и менялись метлами. Порой — крутили их и вертели, как заправские цирковые жонглеры. Порой начинали танцевать или просто кружиться на месте. Это было завораживающее зрелище, которое видели только Владик и Анфиса. А люди — люди просто шли или бежали и думали: надо же, какая сильная метель!

— Ну что? Отдохнули? — сказала Анфиса. — А теперь — вперед!

— Куда?

И она показала. Потом вновь примостилась у него на плече, держась изо всех сил.