Хранительница

— Подключим. Ты сегодня не позавтракала нормально — может, хоть поужинаешь, прежде чем мы завязнем в этом по уши? — она улыбнулась. — Чувствую — мы опять до полуночи, как минимум, провозимся. Пойдем, поешь — я запеканку приготовила.

— Вот это здорово! — Яна оживилась. — Запеканки у нас давно не было.

Она аккуратно водрузила чудо-прибор на пол возле тумбы. Разулась, повесила куртку и направилась на кухню.

— Он что, так и будет здесь стоять? — Оля с сомнением оглянулась на прибор.

— А что ему сделается? — Яна легкомысленно пожала плечами.

— Я же не за дверью его оставила! Не сбежит.

С этим спорить было сложно. Оля просто проверила, заперты ли замки, и направилась вслед за подругой. Поужинать — и можно будет посмотреть, что за чудо-агрегат Яна принесла на этот раз.

Вернуть утром в лабораторию! Видимо, какой-то новый прибор — более совершенный, чем те, что стоят у них уже несколько недель. Что-то он покажет?

К слову, стоит тогда и кулон выложить куда-нибудь на видное место. Только подальше от библиотеки и нового кладбища подброшенных ей книг.

Узнает — таится ли в нем что-нибудь. Или кто-нибудь.

Поужинать — и можно начинать! В душе появилось зудящее чувство предвкушения. А ведь совсем недавно все, связанное с духами, невообразимо ее угнетало.

Немного же понадобилось, чтобы все переменилось!

Глава 16

— Это какие-то неправильные медведи, — уронила Яна. — И, наверное, они делают неправильный мед...

— Медведи не делают мед, — поправила Оля. — Они его едят!

— Они едят рыбу, — подруга вздохнула.

— Раз уж на то пошло. Ловят в реке идущего на нерест лосося и едят.

— Надо было назвать его рыбоведом, — вздохнула Оля. — Или рыбхозом... что там хоть такое? — она заглянула Яне через плечо и присвистнула.

— Что, не картинка, а загляденье, да?

На это Оля только кивнула. Спорить было трудно. Как есть, загляденье!

На экране отображалась вся квартира — с комнатами, санузлом, кухней, коридором и прихожей. И еще немного пространства вокруг квартиры — немного улицы, лестничная площадка с лестницей, часть соседнего жилища.

Все это выглядело в виде плана, но любое из помещений можно было вывести и в трехмерном виде.

В библиотеке ярко светилось плетение вокруг непроницаемо черного параллелепипеда шкафа. Тончайшие витые полоски выглядели так, словно пытались сдержать то, что находилось внутри.

Отдельных духов в шкафу не просматривалось. Для этого, видимо, требовалось открыть дверцы и выпустить обитателей наружу.