Хранительница

— Потолки высокие, — отозвалась девушка, гадая — как она станет ухаживать за этой красотой во всех трех комнатах и прихожей с коридором.

Лепнины не было только на кухне и в ванной. А высота потолков — три с лишним метра! И ведь сейчас на них — ни следа паутинки или пыли. Значит, покойная регулярно тщательно прибирала квартиру. Или вызывала кого-то...

Оля снова вздохнула. Ей-то придется лично лазить каждую неделю на стремянку, чтобы протереть все люстры и убрать паутину с лепных завитков!

Ладно, разберется. В конце концов, не такая-то она чистюля, чтобы каждый день вылизывать эту квартиру! Главное — жилье оказалось вовсе не таким ужасным, как ей представлялось.

И ей теперь в принципе есть, где жить.

— Когда собираетесь перебраться? — голос нотариуса вывел ее из размышлений.

— Да... сегодня, — отозвалась девушка. — Если это возможно.

— Возможно, разумеется, — тот слегка удивился. — А вещи вы после соберете и перевезете?

— А... мне только сумку с вещами из камеры хранения забрать.

Нотариус как-то недоуменно заморгал.

— Из камеры хранения? — переспросил он. — А... у вас всего одна сумка? С вещами?..

— Одна, — подтвердила Оля, стиснув зубы.

Ей стало вдруг невыносимо стыдно. За единственную сумку, в которой умещалась вся ее жизнь. За ссору с родителями, из-за которой гордость не позволяла вернуться домой, и за увольнение, случившееся так некстати. И за то, что квартирная хозяйка выперла ее взашей три дня назад, и она две ночи провела на вокзале в зале ожидания.

Благо, выспрашивать дальше нотариус не стал — видно, у нее и так все было на лице написано.

Отвез ее на вокзал забрать сумку и привез обратно в квартиру. Вручил ключи и полностью оформленные документы.

Вечер Оля встречала в новом доме, на теплой кухне. Ужин в честь новоселья оказался немудреный — девушка решила не тратиться, пока не подыщет новую работу. Но это был настоящий домашний ужин на своей собственной кухне! И спать она сегодня ляжет в настоящую теплую кровать, под одеяло. Не придется дремать на жестких металлических креслах под гул голосов и чужих шагов.

Постоянно вздрагивая от страха — а ну, как кто-то поймет, что она никуда не едет, и ее выгонят с вокзала посреди ночи!

Больше бояться нечего. У нее есть свой дом! Из которого ее никто не выгонит. И от этого горячий чай без сахара казался особенно вкусным.

Жаль, конечно, что нельзя сдать квартиру по условиям наследования. Какое-то оно неполноценное получается. Оле-то трехкомнатная квартира одной не нужна.