Хранительница

— Ты уже внутри? — осведомилась на всякий случай.

«Давно», — заверила ее надпись поперек рисунка. Буквы повисели и растаяли.

«Снаружи никого нет», — спустя секунд десять сползла и эта надпись.

«Наружу никому не надо».

«Все внутри».

«Закрывай».

Ну, спасибо за разрешение! Оля, ощущая смесь облегчения и досады на собственную нерешительность, захлопнула поспешно дверцу и повернула ключ.

Все. Наконец-то.

Вроде бы ничего особенного не сделала, но руки подрагивали. Она перевела дух.

Вышла осторожно из круга, стараясь не задеть соль.

И свалилась на неудобное кресло возле стола, оперлась локтями. Господи помилуй, неужто закончились ее муки?! Скосила глаза на лист бумаги, прислоненный к шкафу.

— Есть здесь кто-нибудь? — вопросила в пустоту.

На рисунке ничего не изменилось. Слово «закрывай» осталось четким — не плыло, не стиралось. Если какие-то духи и находились в комнате, проявлять себя они не спешили.

И что, можно убирать соль? А если они сидят там, возле шкафа, и только и ждут, когда она откроем им дорогу?

А чтобы узнать наверняка, нужно всего-то дождаться возвращения Яны.

Подруга включит свой чудо-прибор, и тот покажет — есть духи в квартире или нет.

Оля даже в ладоши хлопнула, порадовавшись собственной догадливости. Ничего с ковром не случится, если соль на нем полежит денек. Или даже до завтрашнего дня. А сегодня можно порисовать. Помнится, ей рассыпанная соль напомнила горы из сплошного снега, сверкающие под солнцем.

Взгляд упал на вчерашний рисунок осеннего парка.

Н-да, обидно будет, если с горами случится то же самое! Как этот дух писал — свежий карандаш? Нужно будет на ночь оставить на всякий случай листок, размалеванный грифелем.

Чтобы не поганили рисунки почем зря.

Глава 11

Если верить вечерней проверке — в квартире совершенно чисто. Ни следа присутствия духов, привидений, полтергейстов и прочей нечисти.

Рисунок со снежно-белыми горами, окружившими такую же долину, Яне понравился. На испорченный, с полустертыми следами вида осеннего парка, она только взглянула, осуждающе покачала головой.

— Обнаглели они, не иначе! — вынесла вердикт. — Вот сидят себе в шкафу — и пусть сидят! Нечего вообще вылезать, если им там дом родной.

Оля только кивнула. И не поспоришь!

— Завтра станет окончательно ясно — убрались из квартиры, или нет, — она вздохнула. — Если рисунок окажется невредим — значит, хотя бы успокоились, — пояснила грустно.

— Сфотографируй! — велела Яна. — И слей в облако. Пусть хотя бы в электронном виде останется.