Хранительница

— Я подумала — может, вы обронили, когда заходили за книгой?

— Часто же ты прибираешься, — фыркнула тетя.

— Просто кулон я только сейчас нашла! Так это ваш, вы его искали?

— Ничего я не искала, — отрубила Антонина Борисовна. — С чего ты взяла, что кулон мой? Я же не растяпа какая-нибудь — ронять свои украшения. Ничего у меня не пропадало. Спрашивай у других.

— Так никого другого в квартире не было, — растерялась Оля.

— А вот этого я не знаю. У меня ничего не пропадало! Даже смотреть не буду. У меня своих дел полно.

И не отвлекай меня по пустякам! Всего наилучшего.

В трубке клацнуло — конец связи. Вот и поговорили.

Оля вздохнула. Антонина Борисовна мало того, что ничего не намекнула — она даже смотреть на кулон отказалась. Дел у нее, видите ли, полно. Вот как такую прикажете к стенке припереть?

А может, отказ от разговора и был намеком? Мол, кулон не Олин и не ее тети, а значит — ничейный. А значит — вполне может быть происками обитателей шкафа.

Тьфу ты! Полтергейст, что живет в шкафу.

Да не один, а с товарищами.

И что ей теперь делать? Может, выставить на продажу этот кулон, раз уж он ничей? Все какой-то прок. Только выяснить у нотариуса — действительно ли безделушки нет в описи имущества покойной. То-то весело будет, если окажется, что кулон принадлежал Серене Павловне!

К слову, вполне может статься. Ладно, не так-то ей пока нужны деньги. Не голодает, не бедствует. Вон, и предложение о работе поступило. Олег позвонил ей еще вчера — они с Яной едва успели вернуться из магазина.

Оля поразилась оперативности. Правда, выход на работу откладывался на неделю — до возвращения Олега из какой-то командировки. Мол, он лично хотел поглядеть на претендентку и увидеть, как она будет работать.

Что ж. Будет время подготовиться. И морально, и освежить навыки.

Зазвонил телефон. Неужто тетя опомнилась?

Номер оказался незнакомым. Оля брала трубку с внутренним трепетом.

Ждала чего угодно — только не того, что услышала. Она и забыть успела о месячном курсе живописи, который на четыре недели лишил ее нормального сна.

Тем более — она успела забыть о преподавателе, восхищавшемся ее итоговой работой, испорченной зловредными духами, и его обещании кому-то там передать ее контакты. По правде сказать, она тогда сочла, что это просто — болтовня. Надо же как-то вдохновить выпускника, чтобы тот не считал, что зря потратил время и деньги!

Чтобы, возможно, порекомендовал пройденный курс кому-нибудь из знакомых.