Месть попаданцев.вторая книга.

Вообще Бабеля от критики это вряд ли бы спасло, мама, когда дети ушибались, перевязывая сыну или дочке разбитое колено, выговаривала им за неуклюжесть и за то, что полезли на дерево и свалились с него. Но, правда, потом обнимала и целовала пострадавшего ребенка и заключала: «У кошки боли, у собачки боли, а у Сусанночки заживи!» Как именно она пожалела бы Бабеля-у автора версий нет.

----

И из Поволжья ничего не приходило. Шли месяцы, наконец, прошло полгода с ее отъезда. Он зашел по ее адресу, и ему сказали, что там уже живет другая семья.

А ее вещи-вроде бы кто-то забрал пару месяцев назад. Вениамин рассудил, что он адрес не изменял, потому, раз Зоя уже с ним списывалась, то могла и еще написать, если имела такое желание. Наконец, даже потеряв и не запомнив его адрес, могла написать сотрудникам на работу с просьбой зайти к нему домой и оставить записку-третий дом от угла, вторая квартира справа на втором этаже, дверь оббита коричневой клеенкой и так далее. Он ей говорил про завод имени Макса Гельца, где работает в отделе кадров. Наконец, могла написать своим соседям с просьбой передать записку, если Вениамин туда зайдет. Ничего это не сделано. Отсюда неприятный, но логически верный вывод, что она отчего-то не желает продолжать знакомство. Отчего- ну, тут много чего можно придумать, но итог один-в нем не нуждаются. Значит, эта страница книги его жизни перевернута.

Итого к лету он ощутил, что почти все в его жизни изменилось. Но это был не конец.

В ночь на 21 августа Вениамина посетил призрак Анатолия, который не корейский, а местный и из будущего.

Призрак из грядущего пришел прощаться, ибо его пребывание в Среднереченске и технике-электрике подошло к концу. И ему хотелось кое-что сказать Вениамину, но он был явно ограничен какими-то условиями. Времени на прощание ему дали немного, и аспирант очень старался сказать, но не открыть при этом очень много тайн. Поэтому Анатолий собрался с силами и сказал почти что открытым текстом:

–Мы с тобой говорили о числе 129.Но это будет не просто тяжелое испытание, сравнимое с войной 1914 года.

В Германии у власти системные антисемиты, которым мало того, что евреям будут вставляться палки в колеса в нормальной жизни, у них более мощные планы по избавлению от евреев. Если ты попадешь к немцам в плен, то, как только они поймут, кто ты по национальности-твоя жизнь закончится. Если твои родные окажутся в захваченном немцами городе, их ждет та же участь. Если где-то живет одна семья евреев, то ее ликвидируют моментально.