Каждому своё

Типа, поймай меня, если сможешь, а я буду убивать бандитов, и еще неизвестно, кто больше пользы приносит, полиция или убийца. Скорее всего, он считает себя эдаким чистильщиком-альтруистом, избавляющим мир от тех, кого нельзя устранить по закону. Псих, одним словом, но псих опасный. Ведь смог же он мой телефон узнать. Значит, хотя и чокнутый, но не дурак.

— Не дурак. Это верно, — кивнул визави. — А номер он, по всей видимости, от журналистов узнал.

— Именно так. Мы проверили. Утечка была оттуда. По безалаберности.

Позвонил в студию неизвестный, представился УСБшником, пробил информацию, пообещал прийти на какую-то передачу. Тамошние даже не поняли, что их развели.

— Ну, это задача несложная, — усмехнулся полковник. — Когда этим деятелям обещают сенсацию, их мозг отключается.

— Ну да, он же у них один на всех, и тот у хозяина, — поддержал шутку Тройнин.

Полицейские сдержанно посмеялись, после чего «младший» продолжил:

— Теперь о главном, почему я думаю, что Монгола надо брать в этой точке.

Семь дней назад в газете появилась статья о ДТП в Ясенево. Вот она. Помните, это когда один коммерс сбил насмерть женщину и ребёнка.

— Помню. Событие знаковое. Его сейчас судят.

— Совершенно верно. Следующее заседание в эту пятницу. Обвиняемый — Максим Викторович Шерстолапов. Содержится под домашним арестом. В суд его повезут под охраной. А проживает он именно здесь, — Сергей ткнул пальцем в отмеченное крестиком место на карте.

Полковник ненадолго задумался.

— Хм. На первый взгляд, всё вроде логично. Монгол читает газету, узнаёт, когда суд и убивает этого Шерстолапова на выходе из подъезда, у всех на виду. Ничего не скажешь, картинка красивая. Лучше, если только на ступеньках суда, но это сложнее. В любом случае, общественность будет в восторге, про всякую оппозицию и говорить нечего. Эти просто слюной изойдут, — начальник оперативно-розыскной части почесал несуществующую бороду и посмотрел в упор на Сергея. — Ну что ж, готовь план операции.

Надеюсь, на этот раз ты не ошибся...

* * *

За годы судейской практики Николай Иванович Плотников вынес всего пять оправдательных приговоров. Не потому что любил обвинять и наказывать, а потому что всегда требовал от следствия качественной и скрупулезной работы. Зная о принципиальности судьи, следователи просто не рисковали направлять на рассмотрение «сырое» дело, если была хоть малейшая вероятность, что оно попадёт в руки Плотникова.