Про бухгалтера Наташу. Не обижай золотую рыбку

Оставшиеся полдня ушли на оформление кадровых документов и подключении и настройке техники в домике-бухгалтерии.

К концу дня голова гудела, а ноги требовали отдыха. Машину удалось кое-как разместить во дворе, пришли рабочие, разровняли часть двора и подсыпали гравием. Туда я и поставила свою «Дэу».

Поужинали мы снова в столовой, Надежда сказала, что кормят всех сотрудников здесь, потом вычитают стоимость из зарплаты. При мне никто не заходил, но повар, девушка по имени Элеонора, которое было прописано на бейджике, сказала, что мы поздно пришли, все уже «отужинали».

Когда я наконец зашла в жилую часть дома, готова была упасть на пол и там спать. Но нужно было принять душ, разложить диван, застелить постель. Стоп, постель. Я же всё, что складывала в чемодан. Выложила обратно и решила, что мне тут ничего не нужно. Разумеется, тут ничего и не было – ни постельного белья, ни занавесок. Темные окна осуждающе смотрели на меня. А я представляла, как меня снаружи, словно по телевизору показывают.

Выключила свет. Шагнула к себе в комнату. Подавила желание улечься тут же на диванчике и заснуть.

Включила свет, открыла шкаф, взяла простыни. Запасные шторы. Карнизы там были. Кажется. Упаковка колец для штор. Всё, осмотрелась, ничего не забыла? Выключила свет и шагнула обратно.

Пришлось повозиться немного, но за двадцать минут закрыла окна, застелила постель и… больше спать не хотелось. Чужой дом. Гулкие звуки. Все признаки необжитости помещения.

Хорошо. Отбросила попытки уснуть, села в позу полулотоса, полный у меня так и не получился, стала создавать пространство защиты.

Почистила помещение, захватив эфирным телом и рабочую часть, вспомнила всё, что было приятного и хорошего в жизни, наполнила им эфирное тело, накачала восходящим и нисходящим потоком, добавила любви из анахаты и отрезала от себя. Теперь защита будет работать без моего участия. Даже когда меня не будет дома.*

Три часа осталось до утра. Пустая комната стала казаться более уютной.

Я провалилась в сон. В котором мне показывали грустного Буратино, сидевшего в кресле мага, а крыс Иван Иванович, в мушкетёрском костюме и со шпагой, отвешивал мне поклон, снимая шикарную шляпу с пером.

Следующие дни были забиты до отказа оформлением документации, разносила банк и набивала кассу. Знакомилась с сотрудниками и печатала справки. И ходила в лес. Это был остаток древнего леса, который когда-то вырубили, распахав на этом месте поля.