Чёрный инспектор. Крыса в бегах.

Принял его, вопреки ожиданиям, не шена Милен. Нуари, кажется, видел этого человека раньше, но не смог вспомнить, был ли тот кем-то из высшего руководства или же простым секретарём. В любом случае, осознание собственной важности у него было весьма впечатляющим.

– Шена Нуари Чийал Торхейс, – вместо приветствия сказал сидевший за тяжёлым резным столом мужчина. Он не предложил сесть и даже не представился, показывая, что разговор будет недолгим. – Возьмите.

– Что здесь? – автоматически спросил Нуари, беря протянутый ему конверт из плотной бумаги с официальными печатями и гербовым тиснением.

Ничего хорошего там не было, в этом он был уверен.

– Вы официально отстраняетесь от расследования и, кроме того, обязаны оставаться в вашем особняке до особого распоряжения, – по губам мужчины скользнула надменная улыбка, показывающая, сколько удовольствия он получает от чужого унижения. – Можете вернуться к себе.

Нуари потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и выйти из кабинета. Этот человек, кем бы он ни был, имел право вручать подобные документы.

Кроме того, он послал к нему официального представителя, а это тоже немало. Такие вещи в обход высшего руководства сделать нельзя, как ни старайся. Обычно шена Милен был стеной, по одну сторону которой был Нуари, а по другую – Высший Совет и силовики. Сейчас же ему просто не позволили вмешаться. Иначе быть просто не могло.

Нуари был столь ошеломлён, что его Дар, забытый и замёрзший, сжался внутри, не решаясь беспокоить хозяина. Переходы и коридоры здания Совета мелькали перед глазами однообразным калейдоскопом – это был привычный путь, над которым не надо задумываться.

Лишь выйдя на улицу и вдохнув свежего, по-ночному чуть прохладного воздуха, Нуари смог, наконец, начать думать.

У этого отстранения и ареста должна была быть причина. Вернее, она была и раньше – о ней и предупреждал шена Милен. Нужен был весомый повод, очень весомый. И вполне официальный, который можно предъявить в качестве обвинения. В первую очередь, надо было выяснить, что это за повод.

Во вторую – что за причина. После его отстранения расследование убийства шены Дэфретт, скорее всего, сочтут законченным, и он ничего не сможет изменить. Шена Милен говорил и об этом. Значит, нужно было найти что-то такое, что позволит ему, инспектору по особым поручениям, действовать без санкций, разрешений и ограничений.

Нуари злорадно улыбнулся, почувствовав внутри полыхающий Дар. Домашний арест, скорее всего, наложили только на него.