Я не верю в магию

– Но может мне быть просто интересно, нет?

С ловкостью крупье в казино Мина перемешала свои причудливые карты, разные по размеру и плотности. У неё были небольшие ладони, изящные и бледные, и аккуратные пальцы с облупившимся ярко-синим лаком на ногтях. Если бы не этот лак и дешевые шипастые браслеты, её руки выглядели бы как со старых фотографий или картин. Из тех, где мечтательные девушки сидят в саду с томиком стихов или за роялем с собачкой.

– Необычный способ, конечно, но, думаю, эта колода вполне подойдёт. В такие дни границы очень хрупкие.

Не угадаешь, какие слова окажутся судьбоносными, а какие – просто шелухой.

Пока Мина говорила, Милли смотрела на неё, стараясь не пялиться совсем уж откровенно. Под эксцентричным, броским слоем странной одежды, агрессивных украшений и тяжелого макияжа, девушка казалась хрупкой, даже утонченной. Только взгляд оставался жестким, цепким, отчасти напоминая Лорда.

– Закрой глаза и вытяни три карты, любые. Будешь подглядывать или нет – без разницы.

Первая вышла на ощупь гладкой, глянцевой, как обычная игральная карта.

На самом деле – карточка с персонажем модной аниме-игры. Вторая тоже гладкая, но плотнее – ламинированная фотография азиатской поп-звезды, улыбчивой девушки в пушистом розовом топе. Третья – шершавая, с неровным краем. Это был купон на футболку, вырезанный из упаковки сухих завтраков пятнадцатилетней давности.

– Персонаж, – Мина ткнула пальцем в изображение двухмерного красавчика в вычурных доспехах, – это путь. В каждой игре есть какая-то цель, даже если она кажется бессмысленной.

Собрать три в ряд, коллекционировать морковку, победить дракона. Убивать время – тоже цель.

– Эй, а почему ты ей рассказываешь, а мне нет, – шутливо возмутился Дасти, и тут же получил тычок локтем под ребра от Лорда.

– Я сама решаю, что и кому рассказывать. Ты умнее, чем кажешься, не притворяйся, – Мина смерила его внимательным взглядом, будто просвечивая рентгеном на предмет припрятанных тайн, и вернулась к импровизированному раскладу. – Продолжим.

Вторая карта – принятие. И слава ещё, но только отчасти. Люди в сиянии славы запросто теряют самих себя, но поклонники, зачастую, готовыми принимать их любыми.

Только не мои, – с грустью подумала Миллисент. Если бы подписчики услышали, что их любимая Милли не верит в магию, – на нее мгновенно обрушилась бы волна хейта. Канал становился всё популярнее, и её больно кололи виртуальными булавками обвинения во лжи и притворстве.

“Слишком уж красивая, чтобы иметь мозги.