Стоп, снято! Любовь в прайм-тайм

Аргументируя тем, что он в ипостаси в тридцать восемь раз больше оператора, Деметрий выпросил четыреста капель. Пока великан отвлёкся, капнул себе две, выпил и закусил салатом прямо из тарелки опешившего от такой наглости вампира.

– Следующий вопрос для Венечки, – приобнял дроу захмелевший василиск. – Правда ли, что кое-кто, не будем показывать пальцами, кто, – сказал он и показал кончиком хвоста, – ходит в фаворитах у своей королевы, за что получает весьма недурственные преференции?

– Это гнусная ложь! – слишком резво вскочил из-за стола командор ордена Империи Дроу.

– Все мои регалии заработаны непосильным трудом и исключительным талантом!

– Конечно, конечно. Мы верим. Не нужно так нервничать, а то морщинки появятся. Вон, у правого глазика уже наклёвываются.

Пока Венедикт Карамбериель озабоченно высматривал в карманное зеркальце несуществующую морщинку, оператор перебрался поближе к дракону.

Сяо Чан сразу выбрал действие. Ему выпало остаток ужина провести в драконьей ипостаси.

Бедный оператор, услышав задание, икнул и чуть не выронил камеру из рук.

Тем временем, жених номер пять невозмутимо вышел из-за стола и зажмурился. Всё его тело засветилось и резко уменьшилось в размерах, оставляя на полу лишь горку одежды.

– Куда он делся? – ахнул Гаврюша, наклоняясь и приподнимая двумя пальцами брюки Сяо Чжана.

Штанина внезапно зашевелилась, и из неё вывалился жутко недовольный худой как жердь полуметровый дракончик с розово-золотистыми чешуйками.

– Какая прелесть! – умилилось лимонное дерево.

– Укусю! – пригрозил дракон оператору, потянувшемуся погладить, и предупреждающе клацнул мелкими, но острыми зубами.

Гавриил на вопрос, готов ли он ради карьеры Леди Бель переехать после свадьбы в город и оставить своё хозяйство, ответить не смог и взял время подумать и посовещаться с бабушкой.

А вот гном сразу заявил, что карьеру девушке придётся оставить, ведь у него в планах стать отцом ещё семь раз. Перспектива зарыться с головой в пелёнки Лиде не понравилась, но вслух она этого не сказала.

– Геркулес, если не против, тебе я бы хотела задать свой вопрос, – отложив карточку в сторону, Лида краем глаза покосилась на напрягшегося Аполлона.

– Задавай, милая. Я весь твой! – очаровательно улыбнулся полубог.

– Насколько для тебя важна внешность девушки? Стал бы ты встречаться, скажем, с той, кто носит уродские очки или скобки на зубах?

Аполлон сам не заметил, как вилка в его руках вдруг согнулась пополам. Зато это не укрылось от взгляда Сергея Зверева.