Колдун

По бокам помещения, на пути проводов, стоят старые ржавые кровати, на которых лежат дети. К каждому такому лежбищу идут ответвления от основных жгутов, каким-то образом соединяясь с кроватями. Справа от постамента с камнем стоит компьютер, к нему тоже отходят кабели, а на экране, на чёрном фоне, бегут цифры. А вот слева от кристалла располагается что-то вроде кресла дантиста, к которому идут провода от постамента и компьютера. Там возится сухонький и скрючившийся старик, в белом халате, совершенно лысый. Лицо его избороздило множество морщин, а кожа покрыта пятнами неизлечимой болезни.

Я присматриваюсь, и вижу, что он делает — снимает с кресла мёртвого разумного, человека, девушку лет тридцати. Оттаскивает куда-то к окну, где под подоконником располагается закрывающееся отверстие. Нажимает педаль снизу, оно открывается, и тело отправляется вниз. Похоже у него всё тут отработано — конвейер из фильма ужасов.

Больной маг как будто не замечает нас, и тянется за лежащими без сознания разумными у окна. В этот раз это парень лет двадцати, полуорк, тоже неинициированный целитель.

— Руки вверх, милиция!

Старик не реагирует, продолжает поднимать свою ношу. Но у него не хватает сил, тогда он тянется к Кариниэль, и я предупреждаю.

— Ещё одно движение в её сторону, и ты умрёшь.

Вот тут Кодыко останавливается, поднимает голову и устало смотрит на нас.

— Да пустить ему пулю в лоб, и всего делов, — рычит орк рядом.

— Подожди, нужно узнать, что он тут делал, он нам живой нужен, — остужает его пыл эльф. — Суд пусть решает — пустить ему пулю или сгноить в камере.

— Я так устал, вы просто не представляете, — говорит старик скрипучим голосом. — Но я должен закончить свою работу, просто обязан это сделать.

Мы расслабляемся — не может этот дед представлять реальную угрозу. А он каким-то неимоверным усилием совершает почти моментальный переход к Кариниэль. У него в руке внезапно появляется скальпель, который этот больной мужчина приставляет ей к горлу.

— Тс-с-с, — шипит он. Мне кажется, что так же грустно, как и говорил. — Я вам расскажу, а вы сами решайте, что делать дальше, а чтобы вы выслушали — придётся нам в таком положении какое-то время пробыть.

У него идёт кровь из носа, и только тут я замечаю, что весь его белый халат покрыт красными пятнами. Да что халат, все руки в крови. Андриэль тем временем говорит ему зло, пытаясь потянуть время.

— Давай, рассказывай.