Колдун

Как ЭТО могли приравнять к разумным? Как ЭТОМУ могли дать права обычных граждан, и уже когда я готов продырявить эту голову, она продолжает.

— Девочка плохо, помогать, девочка плакать, взрослые трах-трах девочка.

Мозг начинает медленно соображать, я спрашиваю.

— Девочка жива?

— ДА! — громкий радостный ответ, даже стул под ней треснул.

— Где? — продолжаю допрос.

— Дом, у Наташ, — приходит ответ после паузы.

— Жди, — говорю ей, сам выскакиваю из кабинета.

Прибегаю к кабинету оперов, подхожу к Андриэлю.

— Дело есть.

— Слушай, я как-то не по этой части, натурально. Стас, давай с кем-нибудь другим, а? — улыбается он.

— Я серьёзно, пошли кого-нибудь по адресу со мной, или сам давай, — уговариваю его.

— Называй, через полчаса подъеду, прямо сейчас не могу, — наконец соглашается он, видимо восприняв меня наконец всерьёз.

Называю ему адрес, сам возвращаюсь в кабинет, накидываю куртку и говорю огре.

— Пошли домой.

— Аха, — спокойно говорит она, и начинает выходить из кабинета.

Выходим из отдела такой вот странной парой — большой огр и маленький я.

Под шуточки типа: «Видали, мужики, чего учудил наш любитель запретных удовольствий, ну ни хрена себе!». Я не обращаю внимания. Сейчас важно разобраться до конца, что происходит, а потом уже делать выводы. И так уже чуть дров не наломал.

Заходим в подъезд, поднимаемся на нужный этаж, и я вижу прикрытую дверь нужной квартиры, но сначала прошу огру открыть свою. Она это делает, и мы заходим.

«А ничего тут», — удивлённо думаю я, осматриваясь.

Я ожидал, будет что-то вроде пещеры, но нет, просто мебель чуть больше обычной. Простенько обставлено всё: диван, кровать, стол. На кухне плита и ещё один стол с парой стульев, один большой и второй поменьше. Ванная комната и туалет объединены в санузел, в нём тоже стоят большие ванна и унитаз. В единственной жилой комнате нахожу девочку на диване, играет в куклы. Я сглатываю от злости: на ней нижнее бельё для взрослых, только подогнанное под размер детского тельца.

— Тётя Наташа! — радостно говорит девочка, увидев нас, и бросается к огре.

Та её обнимает и прижимает к себе. «Вот тебе и монстр», — думаю я, коря себя. Мне становится стыдно. Ладно, рефлексировать будем потом, сейчас говорю обоим, вернее обеим.

— Сидим тут, не высовываемся.

Иду в квартиру напротив, приоткрываю дверь. В нос сразу бросается запах крови и нечистот. А в одной из знакомых комнат обнаруживаю своих клиентов — женщину и мужчину, которые притворялись, что исправились.