Старший брат

Мишка взял кружку в руки, но наклоняться и рассматривать что в ней плавает, он не стал, памятуя случай с козликом... Тьфу ты!.. С козой... И зажмурившись, сделал глоток.

— Ну вот видишь, живой и даже почти не противно, но допить надо, до дна.

Потапов вздохнул и залпом осушил тёплую жидкость, на языке остался привкус ёлочки...

— Не заваливайся, держись за стойку, всё сейчас пройдет, дыши носом. Носом кому говорят, дыши! Вот, молодец!

Мишке стало дурно, пол закачался и заваливаясь набок, стал уходить у него из-под ног.

Он было попытался зажмуриться, но от этого штормить стало только сильнее. А ещё, обеденный борщ просился наружу. Или может не борщ, а отвар? Но легче от этого не становилось. А потом вдруг всё резко прекратилось, только пол всё так же, всё ещё уходил из-под ног.

Берендей Иваныч вставил пальцы в рот и оглушительно свистнул.

— Сашка да Данька! Это ваши проказы, да шалости?! Хорош мальчонку пугать!

Штормить резко перестало и откуда-то то сбоку показались две небольших человеческих фигурки, размером с тюбик от зубной пасты.

— Это домовята у меня на перевоспитании. Хулиганы, редкостные. Вместо того чтобы вести себя как порядочные домовые, ведут себя, как барабашки: пугают, пакостят, доводят людей до белой горячки.

— И что с того, что мы домовята, мы имеем право сами выбирать кем хотим стать. Нас кто-нибудь спрашивал, когда домовятами называл? — пропищал Сашка, вытерев чумазую мордашку, длинным рукавом большой, явно не по размеру, рубашки.

— Мы хотим быть барабашкмии — ууууу!.

.. — грозно сообщил Данька, вытянув из под белой простыни руки и шевеля пальцами, изобразил кошмариков.

— У вас хорошо получилось, я очень испугался, — сделал большие глаза Мишка.

Берендей Иванович хмыкнул в усы, мальчишка нравился ему всё больше и больше. С таким легко будет сработаться.

Домовята важно выпятили грудь вперёд и задрали носы, показывая тем самым, какие они важные.

— Ладно, хулиганы, бегите играть дальше. Мы сейчас будем скучные книги читать.

— Без картинок? — ужаснулся Сашка?

— С мелким шрифтом? — упал в обморок Данька и с небольшим щелчком они стали растворяться в воздухе. Сначала исчезли их ноги, потом руки, потом тело и последними, исчезли их головы.

— Над исчезновением нужно поработать, — раздался из ниоткуда, голос Даньки.

— И много здесь такого... Такого... — покрутил головой мальчик.

— Волшебного? — подсказал старик Зейдан.

— Звучит, просто как-то, по-детски, — смутился Мишка.