Лунное затмение. Убывающая Луна.

Трикси и ее дети привезли меня прямо под дом, который совершенно не изменился за все эти года. Серый фасад дома кое-где потрескался, а ставни окон на втором этаже были расшатаны и при дуновении ветра испускали легкий скрип. Ветки когда-то аккуратно подстриженных кустов небрежно торчали в разные стороны, а подъездная дорожка к гаражу была вся завалена опавшими листьями соседних деревьев. Осмотрев дом своего детства, я тяжело вздохнула и подошла ко входной двери. На табличке около двери красовалась аккуратно выжженная надпись «Арчи и Грейс Пайнс.

20. 05. 1993». Ниже, гвоздем небрежно была выцарапана подпись: «Стефани и Кейт Пайнс». Я на минуту засмотрелась на все это, и грудь неприятно защемило от подступающей боли. Рука все никак не могла решиться постучать в дверь. Она зависла в паре сантиметров от деревянной поверхности, словно в замедленной съемке. Не знаю, сколько прошло времени прежде чем мои пальцы стали замерзать и я лёгким движением постучалась в дверь. Внутри дома послышался шум и еле заметные шарканья по полу. Затем хриплый и уставший мужской голос произнёс.

– Кто?

– Пап, это я

Послышался шум открывающегося замка и дверь открылась. На пороге стоял мужчина лет пятидесяти, на котором были надеты мятая клетчатая рубашка и грязные джинсы. Его темные волосы беспорядочно торчали во все стороны, а когда-то смуглая кожа приобрела болезненно бледный оттенок. Лицо мужчины было покрыто крупными морщинами, особенно в областях около глаз и переносицы. Сами глаза смотрели на меня все тем же пустым и безжизненным взглядом, что я помнила с последней нашей встречи.

Смотря в отцовские глаза, я увидела отблеск собственного взгляда, что сильно напугало меня.

– Стефани? Что случилось? – взволновано произнёс отец, осматривая меня с ног до головы.

– Ничего такого, что может тебя взволновать, – язвительно произнесла я, окинув отца презрительным взглядом. – Я могу войти?

– Конечно. Проходи скорее.

Как только я зашла внутрь, то сразу заметила перемены во внутреннем убранстве дома. Висящие на стенах фотографии и наши с Кейт детские рисунки куда-то пропали, оставив после себя пустоту.

Лестница на второй этаж выглядела грязной, с большим слоем пыли на ступеньках. Мебель вся была потертой и слишком неухоженной по сравнению с моими детскими воспоминаниями.

– Здесь все поменялось, – проговорила я, осматривая убранство вокруг. – Раньше было намного уютнее. Куда делись все фотографии?

– Прости. Я не успел прибраться. Фотографии пришлось убрать после наводнения.