Чудовища городских крыш

После происшествия, Тим уже не видел мир прежним. Он подозревал о существовании жутких чудищ. Для этого обыскивал Полис вдоль и поперек. Но ему нужны были передышки. Место, где можно было отдохнуть.

И даже после того, как убедился в своей правоте, Тим искал мгновения тишины. Собирал по крупицам осколки семьи.

С Пашкой отношения не клеились. Братья всегда недолюбливали друг друга. Но бабушка не принимала такого расклада дел. Она старалась если не подружить, то хотя бы примирить внуков.

Сейчас, стоя на пороге бабушкиной квартиры, Тим чувствовал, как последний островок старого мира уплывал у него из-под ног.

Даже в коридоре сильно пахло лекарствами. Тот едкий запах, который витал в аптеках и больницах.

Тим перешагнул порог. Странный жар окутал все тело. Его мягко качнуло в бок, и твердый дверной косяк услужливо ткнулся в плечо. Верный родной дом поддержал Тима и на это раз.

Из комнаты выглянул мужчина. В синем костюме с нашивкой-эмблемой на груди он был похож на космонавта.

«А вот в старых фильмах врачи всегда приезжали в белых халатах», – не к месту всплыло в памяти Тима.

– Ты к кому парень? – спросил «космонавт».

– Я тут живу, – прохрипел Тим.

– Ты что тоже больной? – с интересом спросил мужчина.

Лет шестьдесят. Усталые глаза. Густые русые усы.

– Нет. Просто промок под дождем. Что случилось?

– Павел Леонидович? – официально прочитал мужчина в бланке.

Тим кивнул.

– Это мой брат.

Тим удивился, что медработник упомянул Пашку. Он опасался, что у бабушки давление подскочило или что-то с сердцем. А тут вдруг Пашка!

– Орел – твой брат! Еще олимпийские рекорды бить будет, – бодро заверил мужчина. – Но пока ему нужно в больницу.

– Как в больницу? Он же орел?

Тим наконец отогнал навязчивую слабость в ногах и рванул в комнату.

Там были еще двое космонавтов: молоденький паренек и девушка с грустными глазами.

Пашка сидел одетый на разобранном диване.

– Пашка, –бросился к брату Тим. Присел на корточки у самого дивана.

Паша открыл глаза, улыбнулся. Сладко так. И одновременно сонно. Словно и не просыпался вовсе.

– Хорошо, что ты пришел.

Тим обернулся.

Бабушка в уличной одежде сжимала в руке потертую спортивную сумку.

В глазах мелькнул укор, но ей было не до того.

– Поедем мы.

– Как? Куда? Зачем?

Тима подбросило на ноги возмущение.