Чудовища городских крыш

Добежит до окна, резкий разворот, и уже мчится к двери. Хорошо, что места много и комната полупустая.

Уснуть, получив столько новой информации, Тим никак бы не сумел. Да и выспался уже.

– Как я мог проспать три дня и не заметить этого?

Запустив пальцы в лохматую шевелюру, Тим наконец замер у распахнутого окна. Он так и не закрыл створки. Странное дело, но холод больше не доставлял ему неудобства. Внутренняя энергия, полученная благодаря другому миру, отлично подогревала. А еще подстегивала регенерацию. От порезов не осталось и следа на предплечье!

Вспомнив, что вчера оцарапался при падении с пожарной лестницы, Тим закатал штанину.

На ткани темнели маленькие бурые пятнышки. Брюки новые, значит, кровь была его. Но царапин на коже обнаружить не получилось.

Тим резко выпрямился, и уставился на свои руки.

Ему досталась невероятная сила. И если верить теории местных ученых, это была такая же сила, что и у твари, убившей его родителей!

Тим растопырил пальцы. Между ними послушно стрельнули голубые разряды.

Скривившись, Тим едва не ударил кулаком в стену. Он сам превратился в чудовище. Он такой же. Он опасен для окружающих. Вспомнить хотя бы, во что превратил школу.

Тряхнув руками, получилось сбросить молнии с пальцев. Они пролетели полметра и угасли. Но на их месте тут же возникли новые сполохи.

Тим скрипнул зубами.

– Почему я? Зачем мне это все?

Спасительная память подкинула слова Лизы: «Чтобы у нас был шанс сражаться».

– Сражаться! –повторил Тим.

Тогда в подворотне, когда Тим впервые увидел Лизу, она была так беспомощна.

«Я бесполезна», – говорила девушка о себе.

Она не сумела ничего противопоставить чудищу. Кто знает, чем бы закончила ее встреча с монстром, если бы не появился Тим?

– Но у меня достаточно мощи, чтобы сразиться с ними!

Сжав кулаки, Тим по-новому взглянул на голубые молнии.

– Пусть это и чужая сила, из иного мира, но я направлю ее против вас!

В попытке приструнить свою способность, Тим вытянул вперед руку и резким движением ткнул в стул. Голубой разряд блеснул в полумраке комнаты.

Тихий треск завершился грохотом упавшей мебели. То был уже не стул, а его останки!

Ножки почернели, спинка отсутствовала вовсе. В воздухе пахло костром и жженой древесиной.

Ошарашенный, но довольный Тим улыбнулся. Подойдя к стулу, он взял обломок ножки. Пальцы тут же покрыл черный слой сажи.

Обернувшись, Тим осмотрел боковую стену комнаты. Выкрашенная белой краской в полумраке она, казалось, даже немного светилась. Настойчиво манила.