Пищеблок 3. Пробуждение

Реакция друга оказалась очень бурной. Хотя раньше Игорь думал, что это лишь его идея-фикс, но к его удивлению Валерка встретил его с горящими глазами и первым делом спросил:

— Надеюсь, про кольцо это не шутка?

— Да уж какие тут шутки! Хотя я поначалу и сам не поверил в такую удачу, — признался тот. — В аспирантуре у одного знакомого есть фотоаппарат «Смена». Хочу попросить его на денек, чтобы сфотографировать кольцо и надпись на нем. Сам все увидишь.

— Получается, то кольцо найдено… — задумчиво произнес Лагунов и его глаза снова радостно вспыхнули.

— Но пока эта находка нам ровным счетом ничего не дает. Пока это просто лишь связующее звено к той таинственной истории про графа Чарского. И не более того. Поэтому я удивлен твоей реакции.

— Игорь, не удивляйся. Ты даже не представляешь, что нам дает твоя находка! Сейчас ты все поймешь. Но сначала послушай вот этот текст.

И Валерка зачитал другу первую часть своих выписок, сделанных из записок путешественника Алессандро Киприони.

— Занятная история, — внимательно выслушав, сказал Корзухин. — Но тебе не кажется, что возможно все сильно приукрашено? Похоже, у этого Киприони была бурная фантазия, писательский талант и все такое?

— Нет, мне не кажется.

— Ладно, допустим. Но нам-то что с того, что этот самый Киприони оказался в Валахии в то самое время, когда там разбушевался вампир?

— Есть еще кое-что, — торжествующе произнес Лагунов.

— Ты знаешь, я сам еще до конца не могу в это поверить… Но, кажется, я нашел рецепт!

— Какой?

— Тот самый, о котором я столько мечтал и в существование которого не мог поверить!

— Неужели рецепт, как вампиру вернуться назад, в человеческий облик? — изумленно воскликнул Игорь. Тот с сияющим видом кивнул головой.

— Валерыч, да ладно!

— Я серьезно. Есть продолжение. Слушай дальше.

И Корзухин услышал вторую часть переведенных другом на русский язык записок Алессандро Киприони:

«Сидел я однажды в трактире, как тут со второго этажа, из номеров, спустился вниз какой-то паренек.

Он был очень грустный. Так как я все равно скучал в одиночестве, то пригласил его составить мне компанию. Мы познакомились. Парня звали Клаус. Он оказался слугой поселившегося здесь иностранного путешественника Герхарда фон Швабе.