Пищеблок 3. Пробуждение

Копия Александрины!

Корзухин нахмурился, что-то про себя прикинул и, наконец, спросил:

— Значит, Валер, ты планируешь направиться к Михайловской гати, разыскать и поднять там вампиршу Мариуцу, вернее, Сильвиану Кровавую?

— Ага, — кивнул тот.

— А затем хочешь рискнуть там с помощью кольца передать ей все свое вампирство?

— Да.

— Но… Это же… — Игорь запнулся, подумав: «Это же верная смерть!» Но вслух этого не сказал. Лишь предупредил:

— Ты же понимаешь, что связываться с этой Сильвианой очень опасно! Для нее погубить тебя — раз плюнуть! Вспомни, что стало с беднягой Герхардом фон Швабе!

— Мне нечего терять, ты же знаешь, — решительно ответил Лагунов, его глаза при этом яростно горели.

— Я готов ко всему. Пойду до конца. И отступать не намерен. Особенно теперь, когда я наверняка знаю о существовании рецепта. В общем, или я снова стану человеком, или…

И добавил:

— Но и погубить меня не так-то просто, я сам стратилат, не забывай этого.

— У нас по-прежнему стоит проблема с кольцом.

Давайте обдумаем, как быть, — предложил Корзухин. — Кольцо скоро нам понадобится. А мы еще не решили, как его на время взять из музея и не быть обвиненными в краже.

— Я, пока сидел в лесу, хорошенько все обмозговал, — сообщил доктор. — И пришел к выводу, что лучше всего будет сделать точную копию этого кольца. И временно оставить копию в музее, взамен настоящего.

— У вас есть на примете хороший ювелир?

— Нет. Но я знаю, как его найти через знакомых. Мне понадобится качественная цветная фотография кольца.

И его точные размеры.

— Хорошо. Да, чуть не забыл! — воскликнул Игорь. — Оказывается у Александрины муж — охотник!

— Это тот, который инженер Кузьмин?

— Он самый.

— Откуда ты это знаешь?

— В музее с вахтершей разговорился. Я удивился, что Александрина так часто там сидит до самой ночи, мол, как муж на это смотрит. А вахтерша и говорит, что у нее муж — подкаблучник. Что жена скажет, так он и делает. И раньше этот Кузьмин охотой увлекался.

— Охотник, говоришь? — задумчиво переспросил Валентин Сергеевич. — А чего же его к делу не пристроили и не заставили серебряными пулями усмирять из ружья упырей, которых Зоя регулярно поднимет из могил?

— Так Александрина запретила мужу охотиться. Говорит, люблю природу, не хочу, чтобы муж убивал животных.

— Ишь какая защитница животных тут выискалась! — хмыкнул тот.

— И еще заставляет Кузьмина регулярно выезжать с ней на природу, вроде как для отдыха.