Пищеблок 3. Пробуждение

И лишь равнодушная луна безразлично взирала на эту ужасную картину.

«Валя! Ва-ля-я!» — вдруг откуда-то раздался тихий испуганный голос. Как гром среди ясного неба, на месте битвы появилась баба Нюра. Рядом с ней семенил один из ее псов, самый смелый и преданный из оставшихся.

Повариха с глазами, квадратными от страха, осторожно продвигалась вперед, будто все еще сомневалась, идти ли ей дальше или лучше сбежать от греха подальше.

И тут перед ней предстала страшная картина. Упырь, державший в диком страхе всю округу, сражен наповал.

Но повержен и охотник.

Баба Нюра, едва глянув на чудовище, тут же в ужасе от него отшатнулась, спешно перекрестилась и кинулась к доктору: «Валя, ты жив?»

В ответ тишина. С замирающим от страха сердцем повариха наклонилась над телом, увидела окровавленную ногу и горько всхлипнула: «Похоже, покойник».

Но тут раздался едва слышный стон.

«Валя? — встрепенулась та. — Ты жив? Похоже, живой!»

Баба Нюра засуетилась. Что же делать? Ведь у нее с собой ничего не было.

Она и оказалась-то тут буквально чудом. Ноги сами привели. Повариха и сама не смогла бы объяснить, как она сюда попала, ведь все последнее время ее невозможно было выманить из дома, тем более, ночью.

Будто какая-то неведомая сила приказала: «Нюра, ступай и помоги доктору!» И повариха зажмурила глаза и отправилась в опасный путь. Вернее, осторожно кралась в ту же сторону, куда ушел охотник на вампиров.

И теперь, когда упырь оказался повержен, баба Нюра поначалу растерялась.

Но быстро спохватилась, схватила за край своей длинной ситцевой юбки и резко оторвала от подола большой кусок.

Этой тканью повариха крепко перевязала раненому окровавленную ногу, приговаривая: «Вот так. Потерпи, миленький! Сейчас кровь остановится!»

А сама спешно заторопилась назад, за своей тачкой. Кое-как удалось погрузить доктора и отвезти домой. Времени на это было потрачено много, но кровотечение прекратилось.

Дома повариха промыла рану, смазала своей особой целебной мазью и заново перевязала чистой тканью.

— Нюра… — раздался слабый голос. Раненый пришел в себя.

— Молчи, миленький. Ничего не говори. Отдыхай, сил набирайся, — торопливо ответила та. Отвернулась, и из ее глаз закапали слезы. Только теперь баба Нюра полностью осознала, что произошло ночью в лесу, и лишь теперь ее накрыл сильный страх.

***

Едва Валентину Сергеевичу стало чуть лучше, он сразу послал повариху за отцом Павлом. И попросил его помочь завершить начатое.