Нимфа из реальности

Разве можно такому чудесному человеку создать своими руками ужасную концовку?

— Твои слова прекрасны, Орфей, — на лице моем возникла улыбка, а по щеке побежала слезинка умиления. — Я польщена твоей песней и признанием. Еще никогда мне не доводилось слышать что-то настолько чудесное и волнующее.

— Неужели? — Матвей недоуменно пожал плечами. — Может, вы не бессмертны, но для нас ваша долгая жизнь сродни божественной. За свои бесчисленные годы вы наверняка повидали если не все на свете, то много чего.

— Ценность жизни не только в ее долготе или в полученных знаниях, — в попытке успокоиться, я положила свободную руку на сердце и протяжно выдохнула для храбрости.

Сейчас как никогда важно не ляпнуть какую-нибудь ерунду! — Искренние чувства тоже важны, ведь любовь — одно из звеньев большой цепи гармонии и счастья. Я не лгала насчет своего удивления, и, разумеется, не в моих силах отказаться от столь светлого чувства, возникшего в моем сердце.

— То есть, вы имеете в виду... — во взгляде удивленного избранника словно сверкнула надежда.

— Да, Орфей-Матвей, ты сам понял мой ответ, — ответила, хитро ему подмигнув и зашевелив безымянным пальцем в качестве намека. — Давай же, надевай.

С улыбкой кивнув, он дрожащей рукой немного двинул кольцо вперед, словно боясь, что я передумаю, но, уловил мой трепетный взгляд, все же набрался смелости и разместил кольцо на законном месте. Мягко утерев скатившуюся по алой от эмоций щеке слезинку счастья, Орфей направил мое лицо к себе. Дистанция между нами как-то незаметно сократилась, и его губы накрыли мои.

Матвей целовал немного жадно, но уверенно и мягко, словно отыгрываясь за все предыдущие наши приключения. Не поднимаясь с земли и не размыкая поцелуя, мы заключили друг друга в объятия. Сев сверху массивных колен, я поглаживала руками немного вспотевшую от волнения грудь парня, тщательно изучая каждый рельеф. Его рука прокралась сквозь шелковистую ткань и коснулась бедра, а после поднялась выше. Жаркий огонь, что пылал с первого дня нашей встречи, казалось, разжегся сейчас еще сильнее. Дыхание становилось все чаще, а живот все сильнее скручивало от непреодолимого желания.

— Прелестнейшая и любимая, — от сводящего с ума шепота и искренних слов мой разум окончательно лишился рассудка. Какие-то там обещанные браки или подарки в виде пушистиков казались ничем в сравнении с признанием Орфея. Каким-то образом сердце чувствовало, что слова парня искренни и в них нет ни капельки лжи.