Книга первая. Укус Милосердия

Ты поймал истощение маны и просто эпический понос, не мог даже выйти из номера, клянчил у меня алхимическую панацею, боясь, что тебя прокатят с повышением. Я тебя послал, повышение дали этому хренову эльфу, а ты, значит, затаил, да?

- Ты всегда был говнюком, Арвистер, - осклабился бывший начальник, непритворно веселясь, - Но не совсем уж тупицей!

Плохи дела. Если я сейчас свободен, как сопля в полете, то при отказе обзавестись «птенцом», меня точно запакуют в самую задницу. Их в Срединных мирах хватает, а я не то, чтобы могу справиться со всем.

Скорее наоборот. С другой стороны – легендарные три белых звезды. Высочайший уровень. Я не могу себе позволить прожить остаток моей крайне долгой жизни в сожалении, что ничего не получилось урвать за это!

- В общем так, старый пердун, - пощелкал я пальцем по тощей ягодице девки, - Давай сворачивать игры. Ты знаешь меня, я знаю тебя. Либо выкладывай нормальное предложение, то, которое у тебя просто обязано быть, либо я сейчас спокойно поднимаюсь, спокойно иду и спокойно пишу заявление на двадцатилетнюю спячку.

Мне таких уже три положено, права агентов нерушимы. А уж куда потом законопатят мастера тауматурга после двадцати-то лет…

Вампиры не растут в чинах, у нас нет карьерной лестницы, все немертвые – вечные полевые агенты, Блюстители. Но зато у нас просто море привилегий, допусков и прав. И хорошая получка.

- Гнусный кровосос…, - ухмылка пенсионера пропала, - Аид с тобой! Пока ты будешь возиться с этой дохлятиной, будешь закреплен в Омниполисе! Станешь официальным Блюстителем городского типа! Понял? То, о чем ты всегда мечтал! Везучий ублюдок…

- Не вешай мне лапшу на уши, старина, - я с трудом сдержал свои настоящие эмоции внутри, - То, что ты обозначил – я бы получил и так, раз эта девчонка так важна правительству.

Даже в Магнум Мундус нет компьютерных сетей, только здесь, в Омниполисе. Так что… мне собираться? Что-то возникло настроение вздремнуть.

- Как же… как же ты бесишь, - приуныл старый орк, обвисая плечами и носом, - Вот почему я старый и выжатый, а ты каким был тридцать лет назад, таким и остался? И такой же самодовольный и наглый! Самый слабый, самый паршивый, самый жалкий, а такой довольный, сука, жизнью!

- Сам ты самый паршивый! – обиделся я, пытаясь ущипнуть своего будущего «птенца» за сосок. Ну чисто в научных целях.