Книга первая. Укус Милосердия

Только знаете, чего стоит это? Ничего! Совершенно! Вы всегда будете запутаны, использованы втемную и поставлены в неловкое положение, даже если этот дрянной кровосос попросит вас просто сходить с ним на свидание в парк! Конрад Арвистер – это ходячая экзема в образе вампира! Часто ли он заливает про то, что является слабейшим из всей расы? Я уверена, что он прожужжал вам этим все уши! Да, это так, но еще он является самым наглым и хитрожопым! Подлым, мерзким предателем, для которого нет ничего святого или грешного! Почему я не называю его двуличным? У этого мерзавца вообще нет лица! Эта гнусная и подлая бесхребетная тварь внутренне ничем не отличается от своих жирных кособоких порождений, с трудом держащихся в воздухе! Ничем! Ткни такое когтем – и оно лопнет, оставив после себя лишь дурной воздух! Вот что такое Конрад Арвистер! Вот во что вы, трое, вляпались по самые уши!

Пауза, в течение которой закутанная в белоснежный халат полудемоница, варварски прорезавшая в моей собственности дырки для своих крыльев и хвоста, набирает воздуха в грудь.

- Говоришь прямо как моя мама…, - скучающим тоном выдаю я, вынуждая почти совершенное с точки зрения эстетической красоты существо подавиться следующей фразой, и согнуться, судорожно закашлявшись. Занятая этим увлекательным процессом, девушка не сводит ненавидящего взгляда с меня. Или с моего халата? Насколько помню, ей не нравится фиолетовый цвет. Она его, можно сказать, ненавидит.

Он напоминает ей обо мне.

- Эмма ненавидит работать, - развиваю я успех, пока полудемоница кряхтит и громко дышит ртом, - Все демоны генетически убеждены, что любой труд, кроме работы строго в своих интересах… опускает их в статусе, а статус для них всё.

Даже если они демоны наполовину. Поэтому, Алиса, наша с тобой непосредственная начальница чрезвычайно расстроена тем, что ей пришлось нас искать, причем, работая крыльями, а потом еще и поработать когтями и магией, чтобы немножко спасти. И ведь даже под хвостиком не вспотело!

- Аррррвистеррр!!!

В её глазах смерть, в её руках боевая магия, отдающая прогорклой едкостью ада, в ложбинке между её грудей иссыхающая влага, которой она смывала трудовой пот…

Тауматургические знаки на дверном проёме, к которому я прислонился плечом, кратко вспыхивают, нейтрализуя брошенный в меня комок злой магии.

- Всё-всё! – поднимаю я руки, успокаивая разъяренного демона, - Молчу-молчу!

Про сиськи – это я зря. Запрещенная тема.