Ступеньки

Издеваясь над ней, они вытолкнули её из окна. Девушка погибла от многочисленных переломов и разрывов внутренних органов.

Когда Августина погибла, в школе проводили разбирательства, выявили нарушения в техниках безопасности. Школу закрыли, она превратилась в заброшенное здание. Дарти с отвращением думал, что Августина предстанет перед ними забитой девочкой, истекающей кровью, искалеченной, молящей о пощаде.

На этот раз ритуал удался! Вопреки тому, как показывают в пафосных фантастических фильмах, не было разверзываний порталов, огня, шума и взрывов.

Дарти привычно прочитал заклинание, он помнил его слова наизусть. Масочник тоже пошептал с надетой на голову Подвеской Инферно. Подвеска выглядела как металлическая часть древнего обруча-диадемы, надеваемой на чело.

— Августина Симболи! Приди, мы призываем тебя, Августина! Дарти, приступай. Я чувствую её приближение. Из нас двоих ты сильнее, как ни прискорбно. Твоя кровь и кровь той девчонки должны смешаться, кровь девчонки уже высохла почти за девять месяцев.

За это время забеременеть и родить можно!

Дарти вздохнул несколько раз глубоко и тяжело, сделал надрез на руке кинжалом. Он достал подготовленную и много раз использованную в подготовительных ритуалах пробирку с засохшей и почти выветрившейся кровью какой-то магички. Над этой пробиркой Масочник всё время дрожал как курица над яйцом. Кровь молодого чернокнижника покапала в пробирку. Дарти помотал её, встряхивая, подошёл к учителю и капнул на Подвеску.

Когда они оглянулись к окну, откуда тридцать лет назад подростки вытолкнули свою одноклассницу, девушка уже стояла там.

Окно-Прорыв в Инферно открылся в момент Призыва, на несколько секунд, пока капли крови чернокнижника, смешанные с кровью не знакомой Дарти магички, окропляли Ключ.

Накануне Дарти нарисовал у окна пентаграмму по всем правилам учебников колдовства. Пентаграмма нужна, чтобы иметь контроль над демоном, приказывать ему. Она призвана постоянно напоминать, что в этом мире хозяин тот, кто демона вызвал.

Дарти неоднократно сам в рамках обучения вызывал мелких лярв и чертей. Те всегда оставались в пределах пентаграммы, совершая мелкие пакости, повинуясь приказам молодого чернокнижника. Окно-Прорыв открылся ровно в пентаграмме, и девушка стояла пока в пределах круга.

Но в следующий момент она совершила невозможное — то, от чего у Дарти брови резко поползли в миг. Осмотревшись по сторонам, девушка шагнула вперёд и вышла за пределы пентаграммы.