Ступеньки

— И у тебя есть сверх способности. Ты ходишь на Теневую Сторону. Владеешь магией. Карамба! Теперь я догадываюсь, чем ты стрелял в демона Вине. Магическим током.

— Ты слишком много знаешь для неоперившейся вагантки, Клот Итчи.

— В январе я помогала вампирам-гаврикам из Адской Кухни драться с четырьмя демонами. Вампиры-гаврики и их друг вервольф тоже мне много чего рассказали, — гордо заявила я.

— Ты истинная вагантка. Уже по меньшей мере троих или четверых Мастеров обрела. Когда вагант готов — от Мастеров отбоя нет.

— Значит, ты Охотник. И ты охотишься сейчас ещё и на Трёхглазую, так?

— Я не просто охочусь на Трёхглазую. Я один из тех, кто может управляться с Чёрной Водой. С порождениями Черноты, с теми, кто принадлежит стихии Воды и перешёл на Чёрную сторону. Моя стихия — Воздух.

— Стихия?

— Каждый Охотник ещё кроме всего прочего боевой маг. Только не совсем типичный, но особого сорта. У каждого Охотника — своя Стихия, как оружие-способность, направленная против врага противоположной стихии.

Огненные Охотники уничтожают тварей Земли, Земляные — воздушных тварей, Воздушные — тварей воды, Водные — тварей огня. Это сложно объяснить на пальцах, это нужно показывать на примере магического боя, хотя бы тренировочного. Но я не могу сейчас провести с тобой магический бой.

— Правильно, не можешь, ты меня одним мизинцем уделаешь! Я же человек! — покачала я головой.

— Дело не в этом. Во-первых, мне сейчас лень учить тебя магии. Во-вторых, тут неподходящее место. В-третьих, у тебя сейчас неподходящее состояние.

В-четвёртых, время тоже не подходящее. В-пятых — ты поняла уже — я ужасный, отвратительный наставник.

— В-шестых, я — человек! — повторила я настойчиво.

— Человек... — проговорил Грифон задумчиво. — Пожалуй, да, я тебе сегодня слишком много рассказал. Уже начинаю жалеть, что я тут, видишь ли, разоткровенничался, спалился. Охотник ведь не говорит всем людям подряд, что он — Охотник, — Грифон тут демонстративно щёлкнул пальцами.

Я замерла. Это что, шутка? Он пристально посмотрел на меня.

Под его взглядом стало неуютно. Я внутренне задёргалась.

Но это была шутка. Ибо он раскрыл карты:

— У меня чувство юмора тоже есть, от тебя набрался. Мастера часто сами украдкой учатся у своих вагантов.

— Я — человек, — проговорила я несмело. И доказала: — У меня никаких сверх способностей нет. Я не занимаюсь магией. Я родилась в обычной семье, а не в семье волшебников, не сиротой, не бастардом, не принцессой-бродягой в мире фэнтези.