Ступеньки

И свистели! И на тебя лоси-бугаи из класса Локуста знаешь как смотрели? Как на секс-бомбу, вот!

— Я полагаю, Итчи зашла в школу с чёрного хода и вышла снова, — встрял Вайл.

— Вообще, прикольный прикол, — кивнул Джиллс.

Я хлопала глазами и смотрела на одного, второго и третьего, находясь не только в абсолютном окружении но и абсолютном непонимании происходящего.

— Что вам сбрендило в голову? У меня дико болит голова, оставьте больную женщину в покое! — я попыталась обратить всё в шутку и начала мягко раздвигать руками Джиллса и Вайла, чтобы проскочить между ними.

— Мы оставим, но ты нам скажи «да», — стоял на своём Коган. — Скажи ещё раз!

— Да, она уже говорила «да», но Коган... то есть босс хочет ещё раз от тебя услышать «да», коли мы видим тебя ещё раз, — расшифровал Джиллс.

— Да, да, да, я на всё согласна! У вас есть анальгетик? Я душу за него продам! — я с мольбой посмотрела на своих школьных приятелей.

— Анальгетик? У меня есть сигаретка.

— И у меня сигаретка.

— И у меня. А ещё у меня есть.

— Молчи, придурок!

Шиканье. Тычки. Мой вздох. Они мне не дадут анальгетик, потому что у них нет. Джиллс торжествует зато:

— Мы ждём тебя в пятницу.

— Во сколько?

— Так мы же тебе сказали, во сколько.

— Скажите ещё раз. У меня голова болит! У меня склероз! Я когда-нибудь вам припомню эти пытки! — устало выдохнула я.

— Начинаем в семь. Но ты можешь прийти во сколько угодно. Главное — приходи. А не придёшь... — Джиллс угрожающе надвинулся на меня. В шутку, естественно.

— Ладно, давай отпустим её, Итчи и правда совсем плохая, — миролюбиво отстранил его Коган.

А Вайл — этот джентльмен, первым спохватился:

— Давай я тебя провожу, может?

Я отрицательно покачала головой.

— Тогда, может, я тебя провожу? Ты только не подумай, что я Салли изменяю, но раз у тебя голова болит, проводить тебя дело чести! — неуклюже пошутил Джиллс.

Я снова отрицательно покачала головой.

— Ты хочешь, чтобы тебя проводил босс? — изумились ребята. — Коган, пойдём вместе провожать Итчи!

— Когану нельзя прогуливать алгебру.

Коган ахнул и дёрнулся, было, в сторону здания школы. Но в нерешительности застыл и посмотрел на меня виновато. Они втроём почувствовали угрызения совести, что у них нет анальгетика. Простые, свойские парни. Я еле отвязалась от них и побрела восвояси.

Моя головная боль затмила разум, я не помню как вернулась домой. Лишь к вечеру смогла прийти в себя и сделала часть уроков.