рассказы Гильдии

А как тогда охотиться? Хотя ты не охотишься – просто приходишь туда, где призраки есть. Ну а дальше как сложится.

Неплохо, если как сейчас: иногда они прошибают любые правила, тараня тебя даже на машине возле речной набережной вечером. А это будет больно ещё долго. Тогда это уже фантом, а значит, место, к которому он привязан, совсем близко. Такому мало достать его кости с куском бампера, да на кладбище – обычно фантому нужно-нежно что-то другое.

Но говорить фантомы не умеют. Только действуют. Это совсем не нежно осложняет жизнь.

Начнёшь тут корявить-пришепётывать, с такими-то фокусами. И ладно бы только пришепётывать - от необходимости соблюдать тишину в эфире порой сам думать забываешь: всё на откуп интуиции отдаёшь. А её порой заносит. Неприятно, что вместе с тобой. Приходится потом как машина с трассы в грязную лужу съехавшая: перед всеми стыдно-неудобно, но выезжать всё равно надо.

Ты пока выезжаешь.

Самая нешутка, когда фата-моргана себя оказать изволит. Та, что фота, которая маргана. С ней так всё метафорично, что только потом правильную трактовку натянуть можно.

Но даже ту - с импрессионистом на пару: кто другой это всё в свой размытый-расшатанный образ не возьмёт.

До того доходит, что приходится в нерабочий вечер в театр приходить. В одну из множества дверей, одна из которых иногда незаперта – знать ещё, какая из. Чтобы потом, упрятав сторожа в подсобку, вытягивать на себя в холле рассеянную эктоплазму, дразнясь по-неприличному.

Теми словами, что в дырявом лукошке с памятью остались подслушанными.

Не то у её любовника, не то у любви всей жизни. Его или её – не понять: даже интонация их голоса – тоже она от щедрот голоса твоего внутреннего. Лучше бы он скупым был – ты бы тогда больше от их слова запомнил.

Глядишь, не прыгал бы тогда, для концентрации морганы этой, промеж всех колонн, избегая каждой второй-шестой – её это колонны. А у пятой ещё истёртая плита скользит, но это уже гнусная реальность не в своё дело лезет.

Будто тебе мало, чтобы фате форму придать, приходится из монтажного пневматика тонким профилем металлопроката кидаться: то ли она конструктивизмом увлекалась, то ли на кого-то фигурная балка упала – та ещё лотерея-угадайка.

А профиль-то этот ещё напилить надо. С запасом на всю ночь. Карманы он потом оттягивает, к земле клонит. Лязгу, опять же, как на параде. Хотя призраки вроде как к звуку равнодушны. Если он по делу, а не от расхлябанности.

А сделает всё та, что стояла, оказывается, уже сколько сзади.