#8. Человек, который живёт на крыше

Редкие хлопки, имитирующие выстрелы, заставили некоторых жителей выглянуть наружу с недовольными лицами. Завидев яркого смешного человечка, их любопытство брало верх и тянуло домочадцев поглазеть на внезапную активность. Семейные, кучкуясь, стояли напротив своих калиток и восхищённо смотрели на происходящее, хрустя утренними тостами. Кто-то выходил прямо в халате и с кружкой ароматного кофе. Самые ленивые высовывались в окна и, приспособив подоконник под стол, наслаждались хлебом и зрелищами.

Карлсон, показав серию своих коронных номеров, решил передохнуть и взялся за маркер и бумагу, но окинув публику взором, понял, что данный формат не возымеет должного эффекта.

Тогда, заметив у скамейки коробку с детскими мелками, он взял их и стал по очереди подходить к присутствующим, рисуя шаржи прямо перед ними на асфальте. Такой ход вызвал бурный интерес, и каждый с нетерпением ждал, когда весёлый портрет расположится у его крыльца. Люди аплодировали, громко смеялись и не хотели расходиться, когда художник обошел всех желающих.

В полуденном небе повис томительный антракт. Артист не решался продолжать, а зрители — уходить. И вдруг раздался звонкий картавый голос:

— Быть или не быть? Вот в чём вопрос!!!

Говорящий замер, но, не услышав смеха, и даже наоборот, увидев заинтересованные взгляды, продолжил читать монолог Гамлета. Вся улица в миг превратилась в театр Глобус, где посетители располагались на ярусах друг над другом над сценой, где рыжеволосый актёр с чувством рассказывал одну за другой истории о любви, жестокости, предательстве и настоящем благородстве.

За всё время никто не издал ни единого звука. Казалось, что даже их дыхание застыло, боясь нарушить звучащую красоту. И лишь когда декламатор, произнеся последнюю фразу:

— Коня!!! Коня!!! Венец мой за коня!!! — замолчал, все разом принялась аплодировать.

Это был неожиданный поворот для Карлсона. Он, смущаясь, кланялся и отправлял воздушные поцелуи, а зрители подходили к нему, жали руки, фотографировались и благодарили за чудесное настроение.

Кто-то нес букетики из садовых цветов, другие же — хлеб, колбасы и сыр, чтобы угостить своего кумира.

Когда сквер опустел, рыжеволосый «Шекспир» сел и стал вкушать плоды своего творчества. Покончив с обедом, он убрал в чемодан реквизит и остатки продовольствия, а после, подняв шляпу, обнаружил в ней россыпь монет и несколько купюр разного достоинства. Пересчитав заработок, мужчина ухмыльнулся и произнёс:

— Каждый рано или поздно находит свою публику.