Лицом к своей тени

Атмосфера каузальности – фрактальная сеть развития событий - сегодня абсолютно не предсказывала подобных эксцессов. Грош цена была бы мне у вас, не обращай я на такие штуки внимания… А сейчас в расклад вышло... вот, - она, плавно шагнув, склоняется и в упор показывает камере и Генсеку одну из своих карт. Потом кладёт её на стол. 

Под блузкой на твоей груди, как монетка на ребро, на угол становится ладанка. 

Рисунок на карте предельно прост. Нарисован он грубовато, словно некачественной пастелью. Ночное, затянутое облаками небо с одной-единственной дырой до звёзд – разрывом в форме не то птицы, не то бабочки.

- Пробой, - в полной тишине мягко, словно извиняясь, говорит Сильма, и закрывает глаза-катафоты, прижимаясь к своему мужчине, - Трещина. Мироздание не вмешивается. 

- То-есть... – роняет Георгий, - В смысле...

- Может быть всё, что угодно. Сегодня судьба нас не защищает. 

Что-то с шумом хлопается о стол. Это менорины распечатки; сама она уже стоит, по обыкновению склонив голову чуть влево.

- Нет, ну вы посмотрите! - по-девчоночьи вдруг всплёскивает Менора руками и вы все опускаете глаза, - Сильма, родная, ты же запугала их до полусмерти. И сама себя, кажется, тоже. Я отчего-то не могу вспомнить, чтоб у вас, ребята были такие глупые от страха лица. Даже во время трицатисекундной войны с Индией.

Война с Индией?.. Пока ты перезагружаешься, напряжение страха – а ведь верно, откуда его столько было? – к чёртовой матери разлетается ледяными каплями; кто-то начинает ржать. Причём без шуток, ржать по-крупному… Борзописец, кто ещё. 

- Тьфу на вас! – раздаётся из компа, - Поубивал бы, ей-богу! Всё, до связи… Спасибо, Менора, девочка… О, кстати: как раз и звонят!..

Он отрубает связь. Глядя, как приводят в чувство едва не визжащего от смеха литератора, ты обессилено падаешь в кресло.

Нет, права Тарантелла, десять раз права – действительно, детский сад, штаны на лямках. Несмотря на все понты и возможности. Или благодаря им… Ловишь себя на мысли, что – вот, чёрт! Карачун занялся Сильмой (пусть будет права, только бы не плакала), Рантье и Менора завели туманный околонаучный разговор, Борзописец ржёт уже тише, зато на пару с Апгрэйдом... Некому чаю принести, и просветить тебя насчёт этой самой загадочной войны...