В начале марта

Когда Леля подумала, что он ее не услышал и что надо повториться, Чернобог заговорил:

— Божественная сущность будет существовать, пока хотя бы один человек помнит про этого бога. Когда все забудут его, то он перестанет существовать.

Ненадолго повисла угрюмая тишина, так что было слышно кваканье жаб. А потом Леля сказала:

— И такое уже было с кем-то?

— Скорее всего, — сказал Чернобог. — Просто так давно, что даже Морана этого не застала.

— Да ладно тебе! — возмутилась Морана. — Не такая уж я старая!

Чернобог ухмыльнулся и выкинул раскрошенный листик, так что тот бурым снегопадом опустился на землю.

— А когда ты пришла? — спросила Леля, раз выпал такой случай. — Сколько тебе лет?.. Ну, божественных.

Морана вздернула брови и посмотрела на Лелю так, словно та сказала ей что-то очень нехорошее. Потом она перевела взгляд на Чернобога и воскликнула:

— Ты посмотри! Вроде Леля, а такая грубиянка.

Затем Морана снова посмотрела на Лелю и сказала:

— Нельзя спрашивать у дамы ее возраст. Это неприлично.

Леля стушевалась.

Конечно, в обществе Мораны ей было к этому не привыкать. Но тут вроде началась душевная беседа. Леля не думала, что Морана сможет так легко прервать ее своими обидами.

— Не переживай, — сказал Чернобог Леле. — Она никому не говорит сколько ей лет, потому что настолько старая, что уже и не помнит… Ай!

Морана стукнула Чернобога пяльцами по затылку, да так ловко, что тот не успел даже руку поднять, чтобы отвадить ее. А Леля подумала, что, судя по ловкости Мораны, не так много ей лет.

Леля хихикнула и Морана наградила ее выразительным взглядом. Только теперь Леля понимала, что Морана не злится на нее, как ей некогда казалось. Она реагировала одинаково плохо на любые слова в свой адрес. С этим можно было только смириться.

— А тебе сколько? — спросил Чернобог, когда понял, что угроза Мораны миновала, и она полностью увлечена красными крестиками на белой канве.

— Невежливо спрашивать у дамы ее возраст… грубиян, — сказала Леля.

И сама почувствовала себя грубиянкой. От собственной дерзости у нее голова кругом пошла.

Но тут Морана издала что-то похожее на радостный возглас.

— Моя девочка! — сказала она и хлопнула Лелю по спине.

Легонько, без цели свалить ее с ветки. Леля не поверила, будто сделала что-то, что Морана одобрила. А осознав это, глупо заулыбалась.

— Молодец, — сказал Чернобог. — Научила плохому. А я просто хотел завести светскую беседу.

Морана хмыкнула, заулыбавшись.

— Расскажи что-нибудь про себя, — сказал Чернобог.