В начале марта

Проблема в том, что Стрибог занимается этим, а не своей работой. И не слышит меня, когда я пытаюсь его вразумить.

Леля молчала, сложив ладони между коленей. Она сидела, выровняв спину, как послушная ученица. Поэтому уже через минуты мышцы начало тянуть.

Но Леля выдержала еще две минуты, которые длилась угнетающая тишина. Затем напряжение стало невыносимым, и она сказала:

— Может, ему нужна помощь?

— Какая помощь? — сказал Хорс. — Ремень! Вот, что ему нужно!

Леля не стала спорить, потому что знала Стрибога гораздо меньше, чем Хорс.

Она пообещала себе, что при встрече обязательно поинтересуется у Стрибога, как может ему помочь. Если, конечно, эта встреча произойдет.

Затем Леля поднялась и, попытавшись сказать что-нибудь ободрительное, быстрым шагом ушла с поляны.

Задерживаться здесь не хотелось. Жаль, что нельзя сейчас прыгнуть в Явь и забить на все, что происходит в Нави, словно это не твои проблемы. По сути, все это и не было проблемами Лели, но… Как можно пройти мимо того, кто нуждается в помощи? Даже если он эту помощь не просит?

Леля шла, хмурясь и сжимая челюсти, так что они вскоре разболелись.

Она пыталась вспомнить, что ей еще нужно доделать перед наступлением лета. Но кроме цветка папоротника на ум ничего не приходило. Возвращаться сейчас к Хорсу и снова просить задания Леле не хотелось, поэтому она напрягала память.

Мешая попыткам вспомнить задания, в голову лез инцидент со Стрибогом. Он выглядел таким маленьким и обиженным… Это от того, что оказался в Нави, как и Леля, не понимая, что его ждет? Или у него просто плохой характер?

Подумав о Стрибоге, Леля вспомнила, что одним из ее заданий было согласовать график ветров на лето.

Это задание было одним из самых простых, поэтому Леля откладывала его напоследок. Однако сейчас, осознав, что договариваться придется со Стрибогом, Леля перестала думать, что все пройдет гладко. Кажется, этот парнишка не настроен на плодовитую работу.

Леля шла, думая, что идет на выход из леса. Однако чаща все густела.

Страшно не было. По крайней мере до тех пор, как Леле не пришлось высоко поднимать ноги, чтобы переступить через поваленные стволы деревьев и сухие ветки старых кустарников.

Леля точно помнила, что не ошиблась с направлением. Она пошла ровно в ту сторону, откуда они с Хорсом вышли. Но, судя по пейзажу, где-то она допустила ошибку. Она заблудилась. Хотя после слов Мораны об относительности здешних расстояний, Леля была уверена, что это невозможно.