Орлиный Приют

Местные все поклялись в своей непричастности под правдой, а это заклятье даже воздействие чует – проверено. И если совершить противозаконное под воздействием, а после заявить, что, мол, не я, белый шар покроется тёмными пятнами.

Так кто же? Кто? Опросить местных и узнать, кто из родни недавно вернулся в город? Это долго, но больше, кажется, ничего не остаётся... И, кстати говоря, по словам мамы, в Приют недавно вернулся младший сын ныне спящего мастера Сьюрса – буквально в тот же день, когда замы не проснулись.

Можно начать с него. Правда, тридцати лет парню, кажется, нет, да и припозднился он...

– О чём ты думаешь? – тихо спросил мастер Ирьян, внезапно позабыв о своей вежливости.

Алья недовольно мотнула головой: потом, мол.

Кто, кто, кто?..

Мастер Жьюсс, разумеется, исходные документы не принёс – вернувшись со второго этажа, он выложил на стол склянки и пояснил:

– Слепки. Статьи и черновики, коль они запретные, я схоронил в защищённом месте. Не дома. Но на слепках отмечено самое важное.

Если по ним будут вопросы, просто напишите мне. Объясню.

Мастер Ирьян прижимисто сгрёб все склянки и спрятал их во внутренний карман пальто. И Алья начала понимать, зачем он носит именно такое – великоватое и потёртое. Не в деньгах дело. Под пальто у него явно что-то вроде колдовской сумки, а то и не одной, – когда начальник складывал новые склянки в карман – в тот же самый, куда отправились склянки из Сыскного ведомства, – ни одна старая не звякнула. И при движении ничего не стучит и не звенит.

И колдовство старит ткань. И места сумке нужно много. И пользоваться ею обычный человек не сможет.

Так вы всё же колдун, уважаемый мастер...

– Благодарю за полезную беседу, – любезно попрощался мастер Ирьян и первым ринулся в прихожую.

...и зачем скрываетесь? Южные колдуны – не редкость на Севере, а в Сыскном ведомстве Лихоречья один южанин служил на полставки. Помогал с делами, касающимися его народа, и особенно отслеживал южных колдунов-нарушителей.

– Странный он, – прошептал мастер Жьюсс, провожая Алью.

– Неприятно странный.

Полдня – недостаточный срок, чтобы как следует узнать человека, но Алья согласилась: странный, да.

Хлопнула дверь, и бодрый голос начальства возвестил:

– Мы ещё успеваем на второй допрос! Поспешите, Альяра!

Алья торопливо набросила на плечи пальто, схватила сумку, попрощалась с мастером Жьюссом и вышла на крыльцо.

Закат догорал – небесное золото потемнело и покрылось багровыми пятнами.