Нет, мы не ангелы...

- Давай, пошевеливайся, образина – тебя сам старший майор государственной безопасности видеть хочет! – подталкивая Федора в спину, рассерженно шипел оперативник.

- Сам? Ик.. прямо… ссстарший майоо…ор г-г-государсссственной? – загребая заплетающимися ногами придорожную пыль, пьяно бормотал дворник.

- Сам-сам! Иди, давай! – Толкнул дворника в спину рыжеволосый чекист. - И смотри у меня! – Пантелеев пригрозил пьянчужке кулаком. – А то быстро в расход пущу!

- За что, товарищ начальник? – Не на шутку перепугавшийся Епанчин даже немного протрезвел.

– Я ж как на духу… И сигнализировал сей момент, как только… Вот те крест, вот те крест! – Федор несколько раз мелко перекрестился.

- Товарищ старший майор госбезопасности, дворник Федор Епанчин доставлен! – Пантелеев болезненно пихнул дворника локтем, прошипев напоследок: - Как стоишь перед товарищем старшим майором госбезопасности, скотина?

- Максим! - укоризненно протянул Кузнецов.

- Виноват! Больше не повториться!

- Т-т-оварисч-ч с-с-старший маойо-ор… этой, как его… без которой совсем никак в государстве нашем… Рассей… ой! Советссском! - заплетающимся языком произнес дворник.

- Я уж-жо вашим молодчикам… - Епанчин оторвал взгляд от земли и боязливо взглянул на Кузнецова.

Их взгляды на мгновение встретились. Неожиданно кирпично-бордовая физиономия дворника посерела, зрачки расширились, а губы мелко задрожали.

- Тов-варищ старший начальник… - испуганно заикаясь, произнес дворник. Его сутулая спина выпрямилась, словно Епанчин в одночасье проглотил свой лом.

Дрожащими руками Федор одернул грязный фартук, а затем прижал ладони ко швам, вытянувшись во фрунт. - Ваши высокоблагородия… - неожиданно отчеканил он, вполне членораздельно. - Вы же… когда батяню мово… Сколько лет… А вы всё ещё на службе? У этих… пролетариев… - Протрезвевший окончательно дворник понес с точки зрения Петракова настоящую околесицу.

- Успокойся, Федор! – положив руку на плечо дворнику и завораживающе глядя ему в глаза, мягко произнес Владимир Николаевич.

– В этот раз все обойдется. Все будет хорошо. Понял?

- П-понял, - успокаиваясь, произнес Епанчин, постепенно приходя в норму.

- Отлично! Теперь, голубчик, давай по порядку: что, как и когда? С самого начала.

- С самого… да… Я ведь, как жопой… то есть, как сердцем чуял, ваше высокоблагородия, что не закончилась та гадская история… Как вот, серпом оно мне по яйц… душе… - затараторил он.