Тайны Иномирска

Можете называть это шестым чувством, интуицией, ясновидением… Если бы у меня был хотя бы крошечный шанс на то, что все можно изменить, то я бы воспользовалась им без колебаний. Но что сделано, то сделано. Пути назад нет и бесполезно тщетно вглядываться в завесу тумана, который сомкнулся за мной, не давая сделать ни шагу назад.

А ведь все начиналось вполне себе безобидно и не предвещало никаких затруднений. Нет бы внутреннему голосу проснуться именно в этот момент и прошептать мне: «Не ходи туда!».

Правда, отчасти я рада, что никаких внутренних голосов не услыхала — иначе тогда Вадим не стоял бы рядом со мной, а лежал бы в свежевырытой могиле на кладбище…

***

— Я готов, — гордо провозгласил Вадим, бухая прямо перед моим носом «Молот ведьм». — Прочел его вчера от корки до корки. На это ушла почти вся ночь, но теперь я готов.

Нет, серьезно, с моими нынешними познаниями мы в два счета найдем колдуна, маскирующегося под обычного человека! Вот, я уже заготовил иголку, чтобы тыкать ею в особо подозрительные родимые пятна.

Я поперхнулась чаем и косо взглянула на Синн, прикрывающуюся от меня чашкой. Глупо, учитывая, что не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться кто именно посоветовал Вадиму прочитать эту книжку. Наверняка она заверила его, что приобретенные познания помогут ему быстро вычислить колдуна, управлявшего кавалером той несчастной девушки Нелли.

На лицо благороднейшие намерения. Однако в сочетании с глупой и доверчивой головушкой они приведут к противоположному результату.

— Послушай, Вадим, — вздохнула я. — Эта книжка была напечатана как пособие для инквизиторов, занимавшихся охотой на ведьм в Средние Века. С тех пор многое изменилось, улавливаешь? Попробуй потыкать кого-то иголкой! Да и ведьмы с колдунами теперь вовсе не такие, как тогда.

Хитрые, изворотливые, уверенные в своей безнаказанности. Они не прячутся, как раньше, а наоборот, выставляют свою профессию напоказ.

— Да знаю я! — перебил меня Вадим. — И что ты предлагаешь делать?

— Я предлагаю?! — я едва не задохнулась от такой невиданной наглости. — Мститель у нас, кажется, ты. Не я.