Тайны Иномирска

 — Может, Вадим вконец его достанет, и он решит сотворить с ним нечто нехорошее.

— Такую возможность тоже исключать не следует, — согласилась Синн, впрочем, не отпуская моей руки. — Но, Фэй, задайся простым вопросом: а оно тебе надо?..

— Мне казалось, ты считаешь Вадима своим другом, — разозлилась я, вырывая свою руку.

— Конечно же считаю, — спокойно ответствовала она. — Но тут он сам виноват, не так ли? Не понимаю такого отчаянного стремления подвергать себя опасности.

Тем более неожиданно слышать нечто подобное от демона.

— Как ты меня назвала? — мне показалось, что земля ушла у меня из-под ног.

— Демоном, — повторила Синн. — Это то, что ты есть. Можешь сколько угодно играть в человека и страдать от того, что блокируешь свои силы. Факта это не изменит. Ты — демон, который добровольно решил заточить свои силы при помощи какого-то дурацкого браслета, который сейчас прямо-таки испещрен трещинами.

Может, снимешь его уже, наконец?

— Если я это сделаю, то произойдет что-то, о чем я впоследствии буду сильно сожалеть, — резко бросила я принцессе демонического мира и отправилась за Вадимом.

После того, как она назвала меня демоном, я просто обязана помочь ему.

Демоны вовсе не добрые.

Они думают только о себе.

Я — не такая.

И это главное доказательство того, что я не одна из них.

Я — человек!..

***

Когда я зашла внутрь здания, на мгновение мне показалось, что у меня в глазах потемнело. Приемная была в страшном беспорядке: бумаги были повсюду; мебель разбросана, стекло разбито, картины валялись на полу…

И это при том, что мы с Синн, стоявшие снаружи ничего не слышали и не видели.

Воистину мы «напоролись» на того, кто нам, мягко говоря, не по зубам.

В растерянности продолжая оглядывать помещение, я заметила Вадима, скорчившегося в углу и нависшего над ним высокого худощавого мужчину в элегантном пиджаке малинового цвета и в тон ему брюках.

Он держал на раскрытой ладони светло-голубой шар, который лениво перебрасывал из одной руки в другую. Скорее всего думал, прикончить ли его прямо сейчас или еще немного «поиграться» с ним, чтобы мучился подольше.