Капля одержимости

Но в основном одержимые до последней стадии остаются внутри обычными людьми. Вот тот же демон с бараньими рогами и зелёной чешуёй, первая жертва соломониста – этот мужик бухгалтером работал. И вообще ни разу в жизни не проявлял нечеловеческого поведения или немотивированной агрессии.

Трансформация облика вообще крайне слабо связана с поведением. Вон та же моя Оля внешне осталась полностью человеком. Она именно классическая одержимая из ужастиков моего мира.

Крыша течёт и фляга свистит у каждого человека по-своему. Конечно, кто-то став демоном-качком или здоровенным орком пойдёт бить рожи своим обидчикам.

Но это не потому, что он стал демоном или орком, а потому что он злобный обиженный жизнью засранец, который раньше не мог дать сдачи. А вот гоблины...

Я отбил секирой удар кухонного ножа в зелёной лапке. И с размаху пнул паршивца в грудину. Что-то хрустнуло – рёбра. Эх, сейчас бы жареных рёбрышек поесть... Не гоблинских, само собой, свиных. Да, надо было пообедать прежде, чем на задание отправляться.

– Кто из вас, паразитов мелких, Стас Белов? – спросил я, приставив лезвие секиры к горлу третьего поганца.

– Это я! – хором ответили все трое.

Вот засранцы. Как понять, что гоблин врёт? Он открывает рот, но при этом не запихивает в него еду.

– Значит, убью всех троих, – вздохнул я.

– Это он! – тут же переобулись все трое, показывая на товарища.

Один особо одарённый показал сразу на двух других. Дебил.

Может, всех троих притащить, пусть клиентка сама разбирается, кто из них её сынишка? Коротышки полтора метра с кепкой в прыжке не так уж много весят, дотащу.

Нет, лениво.

Я присмотрелся к стоящему напротив гоблину. Цвет шкуры тёмно-зелёный, на лбу складки. Этому точно не двадцать пять, как минимум за пятьдесят. Я взмахнул топором, отделяя башку с туловища. Широкая, как мяч для регби, она не покатилась, только разок кувыркнулась, раззявив хавальник. В который тот же мяч для регби, пожалуй, поперёк влезет.

М-да, ну и уродцы. Если б я начал превращаться в гоблина, пожалуй, утопился бы в унитазе.

Хотя нет, не выйдет, всё та же широкая башка не пролезет!

– Охотник вышел из тумана, секиру вынул из кармана, – завёл я считалочку, указывая поочерёдно на оставшихся гоблинов.

– Да я Стас, – заверещал подстреленный в ногу. – У меня и паспорт есть, вот!

– Нет, это я Стас, а паспорт он у меня украл, – захрипел тот, у которого рёбра переломаны.

Учитывая, что, на мой взгляд, они выглядели как братья близнецы, сличить рожу с фото в паспорте не получится.