Академия преемников. Яга против!

Я успела удобрить ежевику и собрать очередной урожай, разработать концепцию защиты по деонтологии и поругаться с соболезнующим людом, уговаривающим меня не отчаиваться.

– Я в порядке. Ясно? В полном порядке, – резко прокомментировав очередное соболезнование, я поспешила убраться к себе.

– Не нужно бежать от своих чувств, подруга. Мы все сейчас расстроены…

– Я не расстроена! Я просто хочу найти эту мразь и развеять его сущность по ветру.

– Согласен, – поддержал Арсений, перехватывая меня в объятия у лестницы, куда я мчалась сломя голову, пытаясь физически сбежать от догоняющего меня сочувствия.

Сочувствие сбило шаг, недовольно поцокало каблучками и отправилось в свою комнату.

– Эй, достали они тебя, да? – объятия неизменно пахли туалетной водой и желанием помочь.

– Будто я кисейная барышня, которой нужен психолог по каждому чиху. И чего привязались?

– Волнуются, – меня аккуратно отбуксовали к окну. – Жрицы жизни всегда болезненно переносят смерть, даже такие сильные и умные как ты.

Ну что, придешь? Есть у меня одно средство, отлично лечащее душевные раны.

– Шампанское?

– Шампанское.

– Приду, – пробурчала я ему в воротник. – Только нас потом отчислят.

– Может быть, оно будет того стоить, – мою голову аккуратно приподняли за подбородок и заглянули в глаза. – Имеется у меня одна идея, но она безумна и требует всей храбрости, которая тебе дана.

Безумная идея, способная помочь в сложившейся ситуации? Дайте две!

– Я и не сомневался, – меня целомудренно поцеловали в лоб.

– А теперь иди и готовь свою печень к серьезному испытанию. Рассказывать тебе свой план на трезвую голову я не решусь никогда.

Окрыленная внезапной надеждой, я летела на жилой этаж, чуть ли не пританцовывая от радости. Конечно, он наверняка придумал что-то дельное. Он же как минимум старше почти на полвека! Глупо мерить ум возрастом, но и опыт у него без преувеличения мировой. Разумеется, это что-то опасное, авантюрности змею не занимать.

Но кто не рискует, тот не пьет шампанское.

– Славочка, – к шести часам вечера в мою комнату заглянули просящие глазки. – А можно мне одолжить твои изумрудные сережки?

Эх, на них такой замечательный заговор на выгодное знакомство, но для подруги ничего не жалко. После разговора с Полозом настроение устремилось к верхней шкале, так что украшения я отдала с легким сердцем.

– Спасибо! – просияла солнышком Фрида, вдевая их в уши.