Даром

— Но ведь ты веришь, что Олег вернется? — тихо спрашивает Юля.

Не знаю, что ей ответить. Тут, по счастью, входит Натаха с салатницами в обеих руках. Начинается суета с накрыванием стола, в которой Юлькин вопрос благополучно тонет. Но как бы мы ни передвигали стулья, угол, за которым всегда сидел Олежа — Натаха еще вечно поддевала его «семь лет замуж не выйдешь» — остается пустым, и все это чувствуют.

Напротив стола — доска с фотографиями. Наша последняя поездка на море с папой. Олегу двенадцать, лицо густо усеяно веснушками.

Он смеется во весь рот, перемазанный огромной сахарной ватой. Ни тени робости и угрюмости…

После обеда Натаха с Юлькой уходят, а я помогаю маме собрать посуду.

— Так хорошо посидели, — вздыхает мама. — Олегу расскажу, пусть он порадуется…

С грохотом опускаю на стол стопку уже собранных тарелок:

— Мама. Садись. Говори, что случилось.

— Не знаю… Саша, ты так скептически всегда настроен… Давай лучше посуду на кухню отнесем, — пытается переменить тему мама, но под моим взглядом тяжко вздыхает и опускается в кресло.

— Ну, в общем, нашелся один человек… Дар у него — разговаривать с ушедшими. Не мертвыми, а… теми, кто не здесь. Представляешь, он отыскал Олега, поговорил с ним! У него все хорошо, только он очень по нам скучает…

— Назови фамилию и адрес этого… медиума.

— Вот так я и знала, Сашенька, что ты все воспримешь в штыки.

— Фамилию и адрес, мама. Сейчас же.

***

Дверь в кабинет медиума я распахиваю с ноги.

— Подождите в коридоре! — рявкает пухлый дядька.

— Не видите — у меня сеанс идет!

В кресле перед ним сидит средних лет женщина с розовыми кудрями. Обращаюсь к ней:

— Сеанс окончен. Театр закрывается, нас всех тошнит. Уходите. Прямо сейчас.

— Да как вы смеете! — верещит дядька. — Я сейчас полицию вызову!

Круглое лицо, ухоженные усы, внимательные глаза… не красавец, но у женщин такой типаж вызывает доверие.

— Весьма своевременно, — усмехаюсь. — Полиции будет очень интересно, по какой лицензии вы работаете. А также как платите налоги. То есть как не платите.

Ну что, отпустите даму или прямо при ней будем проводить сеанс черной магии с последующим разоблачением?

Пробил кое-что по дороге — у этого жука ни ИП, ни статуса самозанятого нет, в черную деньгу зашибает. Оборзели совсем в бардаке, наступившем после Одарения; эти три-четыре месяца так иногда и называют — новые девяностые. Ничего, сейчас органы стремительно наводят порядок и таких хитрожопых деятелей быстро берут за ушко да тащат в налоговую.