Самый тёмный лес

Эта Аня, словно забыв, что ее зовут по-дурацки Аня, всю дорогу злобно хмыкала и не реагировала на его вопросы и выпады. Хотя он искренне интересовался, почему все люди на одно лицо.

И вот сейчас – опять, словно его и рядом нет.

— Может, хватит уже? — не выдержал он этих ужасов. — Что-то не припомню, чтобы к прислужникам прилагались пытки скучными разговорами и… пластиковыми комнатками для угнетения лесной души.

Заучка взглянула на Хитромора с недоумением, будто впервые его увидела.

— Это брат Нестора, — сообщила безликая Аня.

— Брат? Это значит…

— Ага.

Заучка оглядела Хитромора с еще большим интересом, ее лицо при этом превратилось в приторно-глуповатое, как из наигранного ситкома. И настороженное при этом. И тут до Хитромора дошло: она знает, кто он такой, отсюда это благоговение, но… сама заучка не из полукровок. Она человек.

Хитромор тут же приободрился и выкрутил очарование на максимум:

— Тот самый брат, все верно. Не хочешь ли ты поклониться и испросить желание? Я многое способен предложить.

— Но я… — она замялась и покосилась на Аню.

Видимо, его чары немного заржавели.

— Не хочешь ли ты поклониться?

— У вас так принято?

— Все верно, — сохраняя терпение, Хитромор добавил в голос меда: — Чти же традиции, человеческая зануда. Кланяйся принцу лесному.

Заучка уже хотела встать и все исполнить, когда сидящая рядом бесцветная Аня внезапно больно дернула его за руку:

— Завязывай с этими фокусами, у нее есть оберег от таких, как ты, — зашипела она противной змеей.

— И кто же мне запретит?

— Я.

— Сама-то слышишь, как смешно это звучит? Прямо как попытка защититься оберегом – я же внук Древобога! Бога, слышишь? Я тебе что, кикимора болотная, браслетиком меня шугать? Да я принц леса, я сама неотвратимость, и ни один человечишка не смеет противостоять моей силе, моему слову!

Аня выглядела все такой же безликой, но не впечатленной.

— Хорошо. Если у тебя проблемы с построением логических цепочек, помогу: не слушаешься меня, я звоню Нестору. А он общается с отцом всея леса или с самим Древобогом, если понадобится. Твой срок среди людей остается прежним, кажется, осталось лет семьдесят. И они всегда могут превратиться в сто сорок, если расстроить лесного папочку. Все понятно объяснила?

Просто удивительно, как эта человеческая… мышь становилась все более противной с каждой новой минутой.