Свой выбор

Мальчик огляделся, прежде чем переступить границу и ощутить на себе мягкое, но решительное давление защитной магии мэнора.

Гоблин ничего не говорил о том, где именно находится поместье, но мальчик не увидел ни других домов, ни даже огоньков вдалеке, лишь скрытые сумерками холмы и поля. Видимо, владения Поттеров располагались в каком-то уединенном местечке.

Пусть сумрак и не таил в себе ничего опасного, Гарри предпочел углубиться в странноватый прохладный туман, скрывавшийся до этого за коваными воротами.

Туман явно был магическим, потому как не вытекал за пределы поместья, покачиваясь рядом с границей, и тяжелым покрывалом опустился на плечи Гарри, обнимая со всех сторон, а не рассеиваясь. Тяжесть была неприятной, тягучей, как покрывающая с головой вода, но мальчик не испугался, а устремился вперед, кое-как волоча за собой чемодан.

«Разве магия не должна была пропустить меня? — лишь через минуту задался вопросом Поттер, слыша, как за спиной глухо захлопнулись ворота. — Я что-то сделал не так?»

Но испугаться Гарри так и не успел, туман, покрутившись рядом еще немного, мягко отступил, возвращаясь к воротам, как огромный сторожевой пес.

На миг болью кольнуло шрам, будто магия поместья тоже заметила странный сгусток на лбу мальчика и обшарила его, придирчиво подергав за нити магии, блокировавшие кусочек тьмы.

— Надо все же как-то избавиться от этой гадости, — с трудом просипел Гарри, пережидая боль и ощущая сильнейшую усталость. Только тут он вспомнил, что перенес сегодня сложный ритуал, который обычно происходит лишь после совершеннолетия, а теперь ринулся в поместье, окруженное многослойной защитой.

Не удивительно, что после такого он почувствовал себя выжатым, как лимон. Колени тряслись, в желудке подсасывало от голода, хоть Гарри и ел всего час назад. — Непростое это занятие — быть волшебником.

Очень хотелось сесть на чемодан и немного отдохнуть, но Поттер исключительно на силе воли поплелся вперед, понимая, что останется ночевать в доме даже в том случае, если расположиться придется на полу среди пыли и грязи.

— Я просто не переживу еще одно перемещение сегодня, — признал Гарри, давно научившийся определять пределы своих возможностей.

К дому вела выложенная неровными камнями дорожка, вдоль которой из сумрака постепенно выступал чуть заброшенный, но изумительно красивый сад. Даже в темноте Гарри мог представить себе, как это место выглядело в лучшие свои дни.