Вы ещё живы, Такаяма-сан?!

— Вы даже не представляете, какой вы — молодец, — я видел, что он хочет выразить гораздо больше, но требования этикета и внешняя обстановка сильно ограничивали его. — Я так рад, что всё завершилось.

— Это только первый этап, как я понимаю, — я старался как можно больше соответствовать японским представлениям о сдержанности, но и меня тоже распирали эмоции. — Но мы обязательно пройдём этот путь до конца!

— Пойдёмте, уважаемый, — проговорил Ёсикава, указывая на автомобиль, в котором его привезли. — Нам есть о чём поговорить без лишних ушей, — при том на свидетелей из Саппоро он едва глянул.

Лишь убедился, что тех погрузили в специализированные автомобили. — У меня есть к вам предложение.

— Как я понял, — оглянувшись на эсбэшника Миякэ, который сел в соседнюю машину, — меня могут ещё преследовать за неправомерные действия?

— Не совсем так, — ответил на это Ёсикава, к которому вернулись его уверенность и хищное выражение. — Конечно, когда будут разбирательства, к вам возникнут вопросы по поводу того, как к вам попали те или иные доказательства.

Но можете не переживать, я скажу, что сам вам приказал действовать так, как вы действовали. В связи с этим надо будет только подписать бумагу о том, что я вербую вас в службу собственной безопасности свободным сотрудником.

— Что это значит? — мы уже сели на заднее сидение служебного автомобиля господина Рэна и тронулись в путь. — Просто не совсем понимаю.

— Это означает, что вам не надо приходить на работу к восьми утра, но в то же время вы пользуетесь всеми привилегиями сотрудника службы, — ответил он, полагая, что я этому обрадуюсь.

— По сути, все ваши действия будут прописаны, как служебная необходимость, поэтому у судей не должно возникнуть вопросов.

— А, если Араи Хечиро на них надавит? — поинтересовался я, вспоминая седого японца, больше похожего на древнего легендарного самурая, чем на начальника полиции. — Не сможет он повлиять на судей?

Я ожидал быстрого и однозначного ответа, но его не последовало.

Более того, радостный запал Ёсикавы, как ветром сдуло, он стал хмур и серьёзен.

— Видишь ли, Такаяма-сан, — проговорил он уже другим голосом и незаметно кивнул в сторону водителя. — Есть вещи, которые предугадать невозможно. Но, полагаю, Араи в Токио не обладает тем влиянием, что у вас в Саппоро.

Я тут же хотел упомянуть про несчастье Кэйташи, но прикусил язык, так как понял, что даже в собственной машине господин Рэн не может говорить свободно.