Героиня множества трагедий

Оба двигались быстро, со стороны можно было различить лишь отблески мельтешащих клинков и блики полированной стали в полумраке.

Проводив её взглядом, Медея вновь использовала на себя завесу из маны и прикрыла сгибом локтя лицо и грудь, выпрыгивая наружу. Автоматная очередь слева ударила её по руке, но уплотнённой маны и нанесенных на ткань защитных чар хватило, чтобы попадания почти не ощущались. От более мощного оружия, с которым за ними недавно охотились солдаты «Кан тао», это слабо помогло бы, но в шаре волшебница успела увидеть, что люди в масках вооружены далеко не лучшим образом.

Медея присела за уцелевшей дверью фургона, всё ещё прикрываясь левой рукой, правой ладонью она коснулась бетона, привычно создавая из маны множество почти невидимых нитей, потянувшихся по земле, стенам, цепляющихся за машины и фонари.

Прогремели ещё два выстрела, второй противник в маске был вооружён массивным револьвером, его попадания уже отдавались болью в плече, хотя и терпимой. Управляя нитями, волшебница автоматически отметила уже знакомые на слух выстрелы мастера со стороны кабины фургона: его попадания оставили дыры в борту грузовика, поразив пытавшегося укрыться врага сквозь тонкий металл.

Вычеркнув из списка одну цель, Медея сжала правую ладонь в кулак, натягивая едва заметные в сумерках путы. Человек с револьвером дёрнулся неловко, словно марионетка, подскочил на месте и взмахнул непослушной рукой. Следующий его выстрел пришёлся в асфальт рядом с головой первого стрелка. Ещё один — уже в своего товарища, правда попал он явно в броню, не причинив серьёзного вреда.

— Макс, какого хуя?! — возмутился тот, привставая с земли и без колебаний наводя оружие на союзника.

— Меня поимел раннер!

Медея не дала им разобраться в этом вопросе. Когда противник отвлёкся, она левой рукой сняла с пояса кинжал и швырнула, направив в воздухе магией. Лезвие пробило бронежилет и до середины вошло в ключицу, уже через пару мгновений человек судорожно вцепился в него, разрезая себе ладони, его кожа пошла чёрными пятнами и начала сползать, не заменённая металлом плоть вскипела прямо на костях, постепенно стекая с них.

Волшебница сделала ещё одно движение правой рукой: натянувшиеся нити заставили Макса приставить свой револьвер к подбородку, затем его палец против воли дважды судорожно дёрнул спусковой крючок.

Отпустив пока нити, Медея подставила открытую ладонь, кинжал вылетел из месива гниющей плоти, металла и пластика, вернувшись к ней в руку.