Темная история. Сказки для призрака. Книга 3.

Да нет, ерунда какая… – отмахнулся я от этой бредовой догадки.

В свой черёд пограничник, видно вдоволь наслушавшись скабрезных острот, запросто перемахнул на соседнюю крышу, оперативно подобрав свои распростёртые вкруг него щупальца. Меня он не выпустил, а лишь плотнее укутал в кокон из цепких пиявок.

Азраил как на духу выругался и бросился бежать. Страж же, точно проворный кальмар, устремился за ним, легко перебрасывая через препятствия своё подвижное лишённое постоянной формы тело. Передо мной замелькали пустынные крыши домов, фонарные столбы, ларьки и остановки.

И тут мой взгляд зацепил щербатый дворец культуры. Приземистый, тяжеловесный и угрюмый, он насуплено вяз в чёрной грязи. Рывок. Гул листов ржавой кровли на остановке, накренившийся фонарный столб, ещё один, ещё и ещё.. козырёк центрального входа. Битое высокое и узкое оконце. Именно туда прошмыгнул Азраил. А вслед за ним и я с пограничником. Точнее он со мной.

Внутри было темно, просторно и пусто, болотина залила пол, меж ржавых балок под потолком гнездилось глумливое эхо, хватая редкие отзвуки и швыряя их об стены точно горох, горстями и россыпями.

Азраила нигде не было видно. Вдруг пограничник замер, буквально завис по центру зала, цепляясь за ржавый каркас под потолком. Темнота вокруг в свой черёд пришла в движение. Господи, как же их тут много! – невольно содрогнулся я.

Новая мыслеформа торопливо впилась в мозг, словно ища пристанища, ища того, кто бы мог её осмыслить в этом необитаемом эфире.

В общем-то именно этим они и были. Многочисленные, как крысы или же тараканы. Живучие, не обременённые интеллектом. Словом, типичные паразиты. Потерянные бездомные тени, ставшие самостоятельными сущностями. Как это происходило? Да очень просто. Испытывая сильные чаще всего травмирующие эмоции человек или любое другое существо невольно отбрасывали на эфирную матрицу такую вот «тень». Мне в голову пришла аналогия с ядерным взрывом и контуры пепла сгоревших тел на дорогах, стенах и мостах.

Встречались теневики повсеместно, но, если породивший их эмоциональный «взрыв» был достаточной интенсивности, их забрасывало прямиком в Зазеркалье. В пасть к Бахамуту. Потому можно было с уверенностью утверждать, что здешние теневики – самые настрадавшиеся. После отделения от хозяина тень начинала выживать самостоятельно, ища подпитки за счёт генерации тех же эмоций, что её изначально породили.