Спасите меня, Кацураги-сан! Том 3

А знаете почему? Он поймёт, что обращение в полицию может спровоцировать нас показать запись общественности. А ему важен его авторитет. Отношение людей к нему. Других директоров, партнёров, подчинённых. Согласны со мной? Подумайте об этом, как директор отдела.

– Скорее всего, вы правы, Кацураги-сан, – недолго подумав, сказал Кондо Масао. – Но всё же я прошу вас действовать осторожно. Это очень тонкая грань. Канамори Ринтаро обязательно будет угрожать вам. Он очень вспыльчив, но труслив. Учтите это.

– На это и рассчитываю.

Я справлюсь, не переживайте, Кондо-сан, – ответил я. – Действуем следующим образом. Когда он приедет, я позвоню вам и сразу же сброшу трубку. Через двадцать минут можете звонить Канамори Ринтаро и сообщать ему о видео. Всё получится, можете мне верить.

– Хорошо, Кацураги-сан, – согласился Кондо Масао. – До связи.

У меня была уверенность в успехе. Интуиция подсказывала, что я действую правильно. После этого вечера Канамори поймёт, что его мерзкими жалкими потугами добиваться победы у него больше не выйдет.

Я сделал глубокий вдох и проанализировал потоки своей магической энергии. Потратил почти половину своих сил сегодня на диспансеризации. Осмотр Торукавы Акаши с шистосомозом сожрал весь запас. Если мне придётся использовать «харизму», а мне придётся это сделать, я сильно надорвусь.

Но игра стоит свеч.

И в этот момент в дверь позвонили. Я быстро набрал и сбросил номер Кондо Масао, а затем выглянул в окно, присмотрелся к темноте – и разглядел Лихачёву Хикари. Девушка стояла с телефоном на своём балконе.

Разглядеть её лицо отсюда было невозможно – и это к лучшему. А учитывая, как она дымила, издалека складывалось впечатление, что на балконе и вовсе стоит мужчина.

Ох, и не одобряю я её пагубную привычку, но как конспирация – работает отлично. Если Канамори Ринтаро увидит её, то ни за что не поймёт, кто стоит на балконе соседнего дома.

Я прошёл в прихожую и открыл дверь. Канамори Ринтаро не церемонился. Не спрашивая разрешения, он сразу же вошёл внутрь, рассчитывая, что я приветливо отойду и дам ему дорогу.

Однако я остался стоять на месте, из-за чего директор врезался в меня, как в бетонную стену.

– Я ещё не дал разрешения войти, Канамори-сан, – подметил я. – Добрый вечер.

По лицу мужчины пробежала волна раздражения.

– Это моя квартира! Вы не можете в ней командовать, Кацураги, – заявил он, умышленно не добавив уважительный суффикс к моей фамилии.

Я разозлил его? Отлично. Именно это мне и нужно. Но я ему уподобляться не буду.