Вне игры

Вдалеке виднеется стоящая фура. Дороги никакой под ней не видно. Такая же ровная земля с той лишь разницей, что вокруг фуры травы не видно совсем. Выхода нет, подхожу ближе, удивительно, тепла от огня не то, чтобы нет, вокруг костра холоднее даже, чем на отдалении. Сую руку в огонь. Тепла нет, рука выглядит, как будто в кривом мутном зеркале. Просто делаю шаг. Оранжево серый песок и точно такие же камни – весь ландшафт.

Когда я прохожу пламя, фура оказывается вдвое ближе. На половине дороги вижу, как и кабины вываливается чувак с обрезом, падает на землю и прячется.

Зажигаю на ладони файр и продолжаю движение. Водилы не видно. Похоже, хватило ума смыться. Нет, чутье подсказывает, что опасность сзади. Оборачиваюсь лишь для того, чтобы увидеть, как в трех метрах чувак разряжает обрез мне точно в лоб.

Дикая боль в голове и темнота. Чувствую, что мои веки закрыты, пытаюсь их поднять. Перед глазами в двух метрах стоит водила фуры и перезаряжает долбаный обрез. Как же больно голове. С трудом получается фриз, и с еще большим – файр, которым я разношу замороженную тушку водилы просто в отместку за мою больную голову.

На удивление ощупывание головы показало, что ни крови, ни царапин на мне нет. А вот болит она не шуточно и тошнит меня не по-детски. Так что от сотрясения мозга меня щит голема не спас. На контейнере висит солидный замок. Каждая попытка вызвать магию ухудшает мое состояние. Чувствую, одна-две попытки и я в обморок грохнусь. На глаза попадается обрез водилы. Первый выстрел уходит рикошетом в меня. Остатки и без того дырявой футболки просто осыпаются вокруг. Второй заряд, последний, все-таки сбивает замок. Я поворачиваю с лязгом запорный рычаг контейнера и съезжаю на землю. Последнее, что отмечает мое угасающее сознание – расширяющаяся щель двери контейнера.

Сознание возвращается словно нехотя. Ни боль в моей голове, ни тошнота никуда не делись. Голоса вокруг явно женские, разобрать этот бубнеж невозможно. Приоткрываю глаза. Прямо передо мной в каком-то тумане огромные нежные серые глаза и мягкая улыбка.

— Эля?

— Если хочешь, — голос как из-за глухой стенки, как будто я в игре, — буду Элей, но вообще-то я Таня. А для тебя кем угодно готова быть.

Опускаю глаза – точно не Эля, бюст размера на три больше. Опять отключаюсь. Следующий просвет в сознании даётся немного легче.

— Наконец-то. — Рядом сидит симпатичная девчонка с огненно-рыжей копной волос. — Ты как?

— Уже легче. — Боль и тошнота действительно немного утихли.

Сажусь.