Черный и Зеленый

В прочем, еще будет возможность, если Судьба позволит.

Собственно, я не стал уточнять суть этого самого секрета. Возможно, его нельзя было пока что разглашать, и мой собеседник поэтому не торопился. Глупость. Этот человек вообще никогда и никуда не торопится. Очередное мудрое решение, принятое путем долгой и методичной выработки нового ритма жизни. Способов поменять Судьбу не так уж и много, как мне известно. А я, уж простите, в этом деле несколько более подкован чем многие. Суть в том, что по изначальному определению, каждому человеку отпускается одна единственная Судьба с уникальным набором качеств и извилин.

И шутка даже не в том, что ее невозможно изменить, а в том, что эти извилины — неотъемлемая часть самого человека. То есть, если возникло желание обзавестись другой судьбой, надо, в первую очередь, стать другим человеком. Большинство для этого предпочитает немного поспать, хороший способ пожить несколько часов совершенно другой жизнью. Другие находят себя в искусстве, а оно, как и любая форма магии, постепенно меняет своего проводника. Третьи выбирают наиболее рациональный путь и приходят к самодисциплине, начинают методично и рационально перестраивать себя кирпичик за кирпичиком, пока не получают новую картину, не похожую ни на какую другую. Передо мной был явный представитель третьего вида любителей дразнить Вселенную. Безобидный и при этом совершенно невозможный, как и все прочие баловни Судьбы.

Он, конечно же, почувствовал мое пристальное внимание.

Пусть я и не смотрел на него, а все же думал, да при том громко, словно нарочно пытался докричаться. Разумеется, я просто забыл о том, что нахожусь в кафе, расслабился, дал мыслям волю, а в итоге получил негодующего и смущенного баристу. Рыжеволосый юноша суетливо спрятал книжечку под стойку, потоптался на месте и ушел. Не на долго, минуты на две. Зато вернулся не с пустыми руками, а целым набором.

Когда на стойке передо мной оказался глиняный чайничек, небольшая плитка, вполне типичный высокий и прозрачный чайник и три чашки, я невольно растерялся.

Самым большим моим страхом было то, что мне придется делать что-то самостоятельно. Уж очень я не люблю брать руки вещи, с которыми не обучен обращаться. Однако, хозяин заведения спас положение, совершенно спокойно встав напротив меня, сосредоточенно нахмурившись и взявшись за дело. Больше всего меня сейчас волновала его работа.