Иконоборцы

– Вы, товарищ Ствол, сами закусить не желаете? Раз уж тут стол накрытый?

– Благодарствую, однако, откажусь. – Ствол тоже не менее сноровисто обыскивал карманы жертв, освобождая их от ненужного более груза. Все найденное он скидывал на расстеленную посреди поляны шинель. – Да мне и по статусу не положено.

– Это как?

Ствол прервался и посмотрел на Камила.

– Я вот тоже смотрю на Вас, товарищ Камил, и удивляюсь, вроде бы опытный, взрослый товарищ, а элементарных вещей не знаете! Чему Вас только сир учил?

– Не было у меня сира, сирота я.

– О как! Подкидыш выходит? Не обижайтесь, только. Сейчас не старый режим, каитиф ты или наследник – не так важно. Зато многое объясняет, – Ствол присел на корточки и пристально глянул ему в глаза.

– Я в отличие от Вас не принимал объятия братства. Ни добровольно, ни насильно.

– То есть ты хочешь сказать, что ты все еще человек?

– Не совсем. По классической классификации я – гуль.

– Это что еще за хрень?

– Эта, как Вы выразились, хрень – та еще засада.

Дело в том, что если бы Вы прошли классическую школу секты, то Вы бы знали, что кровь бессмертного так же обладает некоторым специфическим воздействием на организм смертного.

– Какого рода воздействием?

– Как наркотик. Опиум, гашиш, морфий – все блекнет перед этой, как Вы выразились, хренью. И переломать ее, то есть вылечиться – фактически невозможно. Зато с ней ты становишься сильнее, быстрее – обостряются все органы чувств, мир становится резким и прозрачным.

Если злоупотреблять достаточно долго – становятся доступны даже некоторые семейные рецепты типа замедления времени. Однако и ты застреваешь меж двух миров, с одной стороны – молодость, сила, а с другой - забудь о свободе, ибо это самое, что ни на есть, классическое рабство.

– То есть, мы для тебя ходячие ампулы с морфием, что ли? – с некоторой опаской спросил Камил, внутренне напрягаясь.

– Если бы было так, я бы тебя прикончил еще на вокзале и закинулся, – вздохнул Ствол, – расслабься, все не так просто.

Подсадка возможна только на один тип витэ, Хозяин может быть только один. И я не могу пойти против его воли.

– А твой хозяин?

– Кореец, – криво усмехнулся Ствол, – Так что нам нужно уложиться в сегодня – край завтра, пока я не начал нервничать.

С этими словами он принялся обыскивать последнего нападавшего, но вдруг остановился.

– Кстати, а зачем ты таскаешь с собой эту артиллерию? – Камил, кивнул на его слонобой.